Как влюбиться в герцога за 10 дней

Она умерла, давая мне жизнь, а отец… человек, вырастивший меня… дал понять, что никак не может быть моим отцом. И он всю жизнь попрекал меня тем, что моя мать умерла из-за своей неверности… нечестивости.

Франческа кивнула. Она хотела, но не могла облегчить боль подруги.

– Дорогая, он был жесток с тобой?

– Невыразимо. – Сесилия поморщилась.

– Ты знаешь своего настоящего отца? – спросила Александра, прижимаясь к Сесилии. – Это тот самый таинственный благодетель, который оплачивает твое обучение?

Сесилия покачала головой и пожала плечами.

– Хотела бы я знать. Иногда я уверена, что это он. Я провела много лет в Шардонне одна. До того, как мы с вами подружились, Жан-Ив был моим единственным другом. Маленькой девочкой я часто пряталась в его саду и докучала ему. Постепенно мы подружились.

– Я чувствую себя настоящей тупицей, – призналась Франческа. – Если ты доверяешь ему, значит, мы тоже.

– Чем больше людей знает тайну, тем больше опасность. – Сесилия смахнула с ресниц непрошеную слезинку.

– А как же! – горько усмехнулась девушка. – Я самозванка. Меня зовут не Франческа Кавендиш, а Пиппа. Пиппа Харгрейв.

Обе подруги непроизвольно разинули рты.

Изумрудные глаза Франчески блеснули.

– Мои родители – Чарлз и Хетти Харгрейв. Они были слугами Уильяма и Терезы Кавендиш, графа и графини Мон-Клэр. Мы жили в Йоркшире. Я выросла вместе с графскими детьми, Фернандом и Франческой.

Сесилия задумалась.

– Мне казалось, все Кавендиши погибли при пожаре, кроме…

– В огне никто не погиб.

Александра растерянно заморгала. Ей даже пришло в голову, что у подруги от горя помутился рассудок.

– Что? О чем ты говоришь?

Взгляд Франчески стал тусклым. Похоже, ее прошлое было настолько мучительным, что могло сломить ее, втоптать в грязь.

– Вы когда-нибудь слышали, чтобы пожар, начавшийся в доме, где жило около ста человек, средь бела дня, унес жизнь всех без исключения?

– Это действительно странно, если только… – Сесилия не договорила.

Следующие слова Франчески подтвердили их худшие опасения.

– Если только все в доме уже не были мертвы. – Она смотрела куда-то вдаль, и ее лицо не выражало ничего. – Нет, не мертвы, – добавила она. – Зверски убиты. Люди на лошадях появились во время чаепития. Мне было восемь лет, и я решила, что их целая армия. Сейчас я думаю, что их на самом деле было не больше дюжины.