Золотая маска

Несомненно, в надменности он не уступает ее недавно обретенному опекуну!

– Если вы хотели произвести на меня впечатление… милорд, боюсь, вам это не удалось.

Доминик изобразил удивление, не обращая внимания на ее язвительность.

– По-моему, когда называешь свое имя собеседнику, тому полагается тоже назвать себя?

От его замечания она вспыхнула.

– Если вы, как утверждаете, поговорили с мистером Батлером, значит, скорее всего, вам уже известно, что меня зовут Каро Мортон.

– В самом деле? – Он смерил ее многозначительным взглядом.

Она возмутилась:

– Я только что именно так и сказала, милорд!

– Ах, если бы только все слова оказывались правдой! – улыбнулся он.

– Сэр, вы сомневаетесь в моих словах?

– Моя милая Каро, боюсь, в моем возрасте и при моем опыте положено сомневаться во всем до тех пор, пока меня не убедят в обратном.

Несомненно, цинизм и насмешливое выражение лица придавали ему вид человека, пресытившегося жизнью. Судя по шраму на левой щеке, он не понаслышке знает, что такое опасность.

И она не потерпит, чтобы он называл ее «моя милая»!

– Что ж, тогда мне вас искренне жаль!

Доминик не ожидал такого ответа. И не хотел его. Богатый и желанный всем граф Блэкстоун не желал ничьей жалости и не нуждался в ней. И меньше всего нуждался он в жалости особы, которая прячет лицо за украшенной драгоценностями маской, а свои золотистые волосы закрывает париком цвета черного дерева.

Может, Батлер все-таки ошибается? В самом ли деле эта молодая женщина сбежала в Лондон, чтобы скрыться от деспота-отца или жестокого, грубого мужа? Она так миниатюрна и хрупка, что последнее предположение внушало Доминику настоящий ужас.

Какая бы тайна ни окружала прошлое Каро Мортон, ни ему, ни его игорному клубу не нужны неприятности, которые, скорее всего, последуют за этой женщиной.

– Вы имеете право находиться в игорном заведении?

– Что, милорд? – удивленно переспросила Каро.

– Я желаю знать, сколько вам лет.

– Джентльмен никогда не должен спрашивать о возрасте леди, – с чопорным видом ответила она.

Доминик не спеша осмотрел золотистую головку, стройную фигурку, узкие запястья, небольшие кисти рук, открытые ступни и лодыжки. На ее разрумянившемся личике застыло слегка презрительное выражение.