Жестокость любви

 – Может статься, вам в голову пришла блажь заново ввести в общество бедную вдовушку и, соответственно, развлечься денек-другой, пока вам не прискучит или вы не найдете себе новую забаву?

Это был вопрос, на который Руперт определенно не желал отвечать. Он нуждался в Пандоре Мейбери не меньше, чем, по его мнению, она нуждалась в защите герцога Страттона. И это немало.

Он пожал плечами.

– Причина, по которой я пришел к вам, если не считать, что я лично хотел убедиться в вашем добром здравии после вчерашнего вечера, конечно же… – начал он, подражая ее тону.

– Конечно же, – язвительно передразнила его Пандора.

– …заключается в том, чтобы передать вам приглашение, – продолжил он. – От графини Хейборо. Она желает, чтобы вы присоединились к ней и графу в их ложе в опере нынче вечером.

Заявление явилось настолько неожиданным, что Пандора ушам своим не поверила.

– Насколько мне известно, я даже не знакома с графом и графиней Хейборо.

– Зато я знаком.

Пандора настороженно уставилась на него:

– Я не понимаю.

– Графиня приходится мне тетей по материнской линии.

– И она приглашает меня в оперу?

Герцог удивленно приподнял брови:

– Ну да.

Она нахмурилась:

– Подозреваю, вы тоже приглашены?

Он высокомерно кивнул.

– Следовательно, я буду частью компании.

– И эта компания состоит из…

– Графа и графини Хейборо. Вас. И меня.

– Почему?

Его брови едва не коснулись золотых кудрей.

– Что вы имеете в виду?

– Почему вы желаете выступить в качестве моего эскорта в опере?

– У меня на то свои причины, – поджал он красивые губы.

Выходит, Пандора не ошиблась…

– Не желаете ли поделиться ими со мной?

– Нет.

И вновь ее посетила мысль: «Дьявол по имени, дьявол по натуре»…

– Так не терпится еще раз стать свидетелем моего публичного унижения, что заручились поддержкой родственников, дабы достичь желаемого?

На скулах герцога заиграли желваки.

– Соблаговолите объяснить, каким образом поход со мной в оперу может стать причиной публичного унижения?

Она раздраженно вздохнула:

– Поймете, когда весь свет будет не просто игнорировать, а намеренно оскорблять меня.

Теперь уже Руперт, истинный аристократ, герцог Страттон, посмотрел на нее свысока.

– Уверяю вас, мадам, ни один представитель высшего света не отважится проигнорировать, не говоря уже о том, чтобы намеренно оскорбить вас в обществе герцога Страттона.