Отщепенец. Книга 1

Честно говоря, я, будучи даргом, повидал много всяких монстров, но то, что сейчас предстало моему взору, заинтересовало даже меня. Огромная черная клякса с невероятно зубастой пастью, имела возможность изменять свою форму, как слизь. Этим она и пользовалась, вытягивая из своего тела щупальца, которыми хватало волколаков и просто поедало их, каждый раз откусывая от очередной жертвы кусок за куском. Но надо отдать должное этой тварюге, о своем пищеварении она заботилась, потому, как очень тщательно пережевывала то, что откусила, громко чавкая на весь лес.

Не знаю почему, но волколаки даже не пытались убежать. Наоборот, они с яростью кидались на эту кляксу, пытаясь ее разорвать, но лишь оставляли в ней глубокие порезы, которые тут же затягивались. Причем каждый раз они нападали все вместе, а черная клякса своими щупальцами отбрасывала всех, но когда доедала очередную жертву, одного из них она ловила и начинала жрать.

Вот в один из таких моментов, когда клякса откинула всех волколаков от себя. Один из них, самый большой, отлетел в мою сторону и, ударившись о дерево, снес его, но сам волколак, хоть и не вырубился, но ему изрядно досталось, и он стоял, пошатываясь, на четырех лапах, даже не пытаясь поднять на две.

Псина была огромной, со взъерошенной клочковатой шерстью, осаленной в ярости клыкастой пастью. Когти у этой псины были размером с кинжал и мышцы. В тех местах где шерсть отсутствовала или была короткой были отчетливо видны рельефные мышцы.

– Да, Тузик, ты именно тот, кто мне нужен! А теперь, Лежать! – прошептал я, но измененный пес и не подумал выполнять команду.

Надо отдать должное Антеро, его тело оказалось достаточно ловким, чтобы не только увернуться от довольно быстрой и сильной твари, но суметь схватить измененного пса сзади, чтобы выкачать из него энергию.

Дотронувшись до волколака, я потянул из него энергию и испытал эйфорию куда более сильную, чем от энергии кислотной лягушки, но в этот раз я очень внимательно следил за состоянием своей жертвы и остановился тогда, когда не оставил ему сил на сопротивление, но при этом он был еще жив.

Затем я убедился, что клякса добила всю стаю и поволок своего пленника к себе в убежище. Если в живых остался бы хоть один волколак, он бы нашел своего товарища по запаху, а мне это было не нужно.