Третья русско-японская война 2034—35 годов

В свою очередь Япония не была согласна на подписание мирного договора в вышеуказанной редакции, поскольку де юре означала бы вхождение Кунашира и Итурупа в состав Российской Федерации.

Вкратце, позиции Японии и России в отношении Южных Курил сводились к следующему. Россия, являясь правопреемницей СССР, считала, что по итогам Второй мировой войны приобрела суверенитет над всеми Курильскими островами, а Япония, в свою очередь, отказалась от прав на острова. Японская позиция гласила, что Южные Курилы принадлежали Японии ещё до заключения Портсмутского мира, потому от прав на них она не отказывалась, ни приняв условия Потсдамской декларации в 1945 году, ни подписав мирный договор в Сан-Франциско в 1951 году.

В МИД РФ был выработан компромиссный вариант, который предусматривал передачу Японии островов Хабомаи, Шикотан и Кунашир. Итуруп признавался российским, граница между Кунаширом и Итурупом должна была пройти в одной миле от береговой черты Кунашира, что сохраняло полностью за Россией контроль над глубоким и судоходным проливом Екатерины.

– запрет на прохождение военных судов третьих стран проливом Измены и Кунаширским проливом;

– запрет на размещение иностранных вооруженных формирований на острове Хоккайдо, островах Малой Курильской гряды и Кунашире;

– запрет на углубление и расширение фарватера в проливе Измены.

По своим гидрографическим свойствам пролив Измены является непригодным к проведению по нему крупных судов, тем более подводных лодок вероятного противника. Отмели Палтусова и Ноцуке-Китаасасе сужают пролив до четырёх миль, причём именно в этой же узкой части пролива находится много банок.

Таким образом, с передачей Кунашира и островов Малой Курильской гряды стратегическое положение Российской Федерации только укреплялось (подписание мирного договора, признание острова Итуруп российским, сохранение контроля над судоходными проливами Курильской гряды (Екатерины и Фриза).

Однако данное предложение не было одобрено на Совете Безопасности РФ. Конечным аргументом стало: «Зачем идти на уступки, острова и так наши».