Талант и поклонница

 – Меня зовут Стефани Маккинли. И я не домработница.

Джордан намеренно проигнорировал протянутую ему руку и, несколько раз глубоко вздохнув, из-под опущенных век оглядел Стефани с головы до ног. «Ей около тридцати лет», – прикинул он. Женщина обладала невероятно длинными и темными ресницами, обрамляющими темно-зеленые глаза, а на ее чуть вздернутом носу виднелись светлые веснушки. Губы ее были полными, причем нижняя губа немного полнее верхней. Да, и какой волевой подбородок! Кроме того, у нее была очень соблазнительная фигура и, как Джордан уже понял, острый язычок.

Никто – даже два его брата – не осмеливались разговаривать с Джорданом так, как Стефани Маккинли.

– Как вы познакомились с Луканом? – внезапно спросил Джордан.

– Я с ним не знакомилась. – Пожав плечами, женщина опустила руку, так и не дождавшись рукопожатия. – По крайней мере, не так, как вы предполагаете. – Она бросила на него еще один насмешливый взгляд.

Сегодня Джордан провел на ногах дольше обычного, в результате у него сильно разболелось бедро.

– Мой брат решил пошутить, купив мне проститутку?

Стефани лишь улыбнулась, услышав это преднамеренное оскорбление:

– Считаете, я выгляжу как проститутка?

– Откуда мне, черт побери, знать? – презрительно ответил Джордан.

– Ну конечно! Ведь вам обычно не приходится покупать себе женщин, – произнесла Стефани, отлично зная, что у Джордана была масса любовниц.

– Обычно не приходится, – неохотно проворчал он.

Стефани поняла, что он намеренно пытается ее расстроить и смутить.

Она выгнула бровь:

– Уверяю вас, мне абсолютно неинтересно ложиться в постель с мужчиной, который так упивается жалостью к себе, что отстранился не только от своей семьи, но и от остального мира.

Лицо Джордана угрожающе помрачнело.

– Что, черт побери, вы об этом знаете? – злобно прорычал он. – Вы едва ли удостаиваетесь сострадательного взгляда всякий раз, когда выходите на улицу и с трудом ковыляете, опираясь на трость, чтобы окончательно не опозориться, шлепнувшись на задницу!

Стефани колебалась немного, прежде чем ответить:

– Уже нет, нет…

Он прищурил янтарно-карие глаза:

– Что это значит?

Стефани спокойно встретила его разъяренный взгляд:

– Это значит, что в возрасте десяти лет я попала в автокатастрофу, в результате чего оказалась прикованной к инвалидной коляске на два года.