S-T-I-K-S. Богиня смерти-II

Правда, если она проявит брезгливость и не разживётся жизненно необходимыми вещами убитых, то это ненадолго.

Дверь в кабину грузовика была открыта. Не раздумывая, раздетая Кали нырнула внутрь. Многие знают, что грузовики дальнобойщиков оборудованы для дальних рейсов, но не многие задумываются, что это настоящий небольшой дом на колёсах. Увы, этот конкретный грузовик не был оборудован ни душем, ни туалетом. Но не это сейчас её интересовало.

Первым делом Кали распахнула холодильник, к ее восторгу – работающий, потому что аккумулятор грузовика ещё не сел.

И едва не завопила от счастья, увидев привычную человеческую пищу – пару бутербродов с чуть затвердевшим по краям хлебом. Жадно схватила один и впилась зубами, до мельчайших оттенков чувствуя вкус этой незамысловатой еды. В валяющемся тут же неподалеку термосе оказался едва теплый кофе.

Снаружи снова донеслось резкое рваное карканье.

– Бестолковые твари… – тихо выругалась Кали.

Чутко, вслушиваясь в окружение, она за пару минут проглотила съестное.

Кажется, стало легче…

Интересно, а почему атомиты не изуродовали трупы по своему обыкновению? Может, потому, что дальнобойщики – свежаки? Вроде как атомиты предпочитают плоть потоптавших кластеры рейдеров? Чем дольше будущий «обед» прожил в Улье, тем он ценней для мутантов, искорёженных радиацией. Такая трапеза для них равносильна приёму раствора гороха и живуна одновременно.

Кали, к счастью, человечинкой не увлекалась. Но, если долго будет оставаться на этом кластере, то тоже рискует стать атомиткой.

Был, правда, у неё один козырь в рукаве. Дар, выводящий из организма любые токсины и радиоактивные вещества. Кали к этому Дару относилась скептически, считая его не самым полезным, и не особо старалась развивать. Но в данной ситуации именно этот Дар вдруг оказался самым нужным.

Был, правда, и нюанс – с обычными радиоактивными кластерами Дар справится без проблем. Но тут…

В нескольких сотнях километров отсюда прилетает раз в два месяца атомная электростанция, и у неё стабильно взрываются один или два энергоблока.

Понятно, что фон в результате становится не просто высокий, а экстремальный.

Естественно, в Улье некому бороться с радиацией и возводить вокруг повреждённых блоков саркофаги. Ветер разносит радиоактивную пыль, как ему вздумается, и общая зона поражения насчитывает порядка пяти-шести тысяч квадратных километров. Но выхода нет. Ей придётся рисковать.