S-T-I-K-S. Богиня смерти-II

Кали внутренне страшилась увидеть место гибели Сивача и Рэма и облегчённо выдохнула, когда поняла, что движутся они куда угодно, но только не туда.

А вот куда именно – пока оставалось загадкой.

Ближе к вечеру сосны всё-таки расступились, не сумев перебраться через границу двух состыкованных друг с другом кластеров. Теперь перед путниками простиралось безграничное перепаханное поле, хорошенько размоченное недавним ливнем.

Кали не сдержалась. Выругалась, зло отбросила винтовку и плюхнулась задом на ближайший камень.

– Стоп, машина. Поезд дальше не идёт.

– Какой поезд? – не понял Пумба. – Что такое поезд?

Кали, как могла, объяснила, не забыв для порядка упомянуть и рельсы. Атомит наморщил лоб и некоторое время натужно обдумывал сказанное. А потом выдал неожиданно логичную и в то же время абсолютно дурацкую мысль:

– Пумба могуч, как локомотив… Но тут нет рельсав…

– Рельсов, – на автомате поправила его Кали. – Конечно, нет. Это же аллегория.

Пумба отрицательно покачал головой.

Кали оставалось только вздохнуть и порадоваться, что винтовка валяется достаточно далеко – иначе точно бы треснула недоумка по его тупой башке.

– Короче, – успокоив себя парой вдохов и выдохов, решила блондинка. – Перевожу с русского на русский – я устала, у меня болит нога, и идти по вот этому я не смогу.

– Пумба нести, – тут же обрадовался амбал.

– Нести, – ещё раз вздохнув, согласилась Кали.

– Пумба ничего не делать! Пумба беречь Кали.

– И держать свои руки при себе, верно? – задала наводящий вопрос блондинка.

– Да, да, Пумба… – обрадовавшийся было атомит разом сник и обречённо добавил, – держать руки…

– Свои руки. При себе. А не на заднице у Кали, – додавила своё Кали.

– При себе… – вынужден был согласиться вконец погрустневший Пумба.

Не особо доверяя атомиту, Кали предпочла взгромоздиться Пумбе на шею. Здоровяк, словно и не заметив веса миниатюрной блондинки, попёр через поле, как образцовый бульдозер, а Кали, наконец, облегчённо выдохнула от того, что больше не нужно ковылять на сломанной ноге.

Ближе к вечеру на окраине поля показалась крохотная деревенька. Выглядела она так, словно перенеслась сюда прямиком из позапрошлого века – приземистые, почерневшие от времени срубы, крытые дёрном и соломой крыши, двери, сбитые из досок, и крохотные окошки.