Хроники забытых миров

Но Вольга был воином, поэтому сам, когда был юнцом, мало уделял внимания грамоте, тем более, когда у него был такой друг, как Рун. Они вместе часто прогуливали занятия, и много времени уделяли воинской подготовке. Поэтому Вельс уже в двенадцатилетнем возрасте хорошо стрелял из лука, но довольно плохо владел мечом. Да и не хотел. А вот грамоте обучить в деревне его было не кому.

Как-то поздно вечером шел проливной дождь. Почти вся деревня собралась в большом доме, который построил Сом. Там селяне праздновали день сбора урожая.

Мед тек рекой, и уже весьма захмелевший народ радовался обильным дарам природы.

– Слушай Вельс, – приставал к нему пьяный ремесленник, – а ты знаешь, что твой отец сильный, как медведь?

– Да знаю я! – снимая руку с плеча, неохотно отвечал юнец.

– А знаешь, что, когда строили стену, он в одиночку таскал тяжеленные бревна? – никак не мог угомониться Драм. Но юноша не стал отвечать, и просто убежал от него на улицу.

– Вольга, – подойдя к воину, – я, наверное, напугал твоего сына!

– Да не переживай ты! – успокаивал старый солдат, – он уже давно хотел сбежать отсюда.

– Ну, тогда пойдем, Сома напоим! – предложил Драм.

– Пойдем, конечно! – смеялся Вольга, – он такой забавный, когда хмельной.

Вельс, выбежав на улицу, направился к вышке. Он всегда любил забраться на нее, и в тишине наблюдать за ночным небом.

– Ты чего быстро с праздника то сбежал, обидел кто? – спросил лекарь.

– Нет, – отвечал юноша, – я послежу, иди празднуй со всеми дядя Мирин.

– Ты точно хочешь остаться? Тут довольно холодно, – переспросил знахарь.

– Конечно, нужно же кому-то за батей проследить, – смеялся Вельс.

– Хорошо, держи теплую куртку, я тогда пошел, – проговорил Мирин, и медленно спустился по лестнице, оставив юношу одного.

Вельс посмотрел на ночное небо, которое было затянуто облаками. Шел плотный ливень, большие капли дождя громко падали и разбивались об мокрую землю. Юноша смотрел куда-то вдаль, и мечтал о приключениях, чтобы быть таким же сильным, как Вольга.

Вельс просидел довольно долго, и от однообразной картины тянуло в сон. Он практически засыпал и клевал носом. А где-то там, в дали, яркая точка света, жадно пожираемая ночной тьмой, медленно начала приближаться. Сначала Вельс не обратил на нее внимания, думая, что это ему чудится, но яркий свет приближался, и даже кроны вековых деревьев не могли его спрятать. У него мысли были только одни: что это? Ведь впереди только лес.