В плену удовольствий шейха

Стоило ему лишь дернуть за бархатный шнур, как явится одна из красавиц. Вот что поможет ему избавиться от напряжения.

Вернувшись на нагретый камень и вверив свое тело заботливым рукам массажистки, Ильяс вновь ощутил желание. Он принялся перебирать в памяти лица наложниц, однако перед его мысленным взором неожиданно предстала женщина с фотографии, которую показал ему Махмуд.

Ловкие руки разминали ему мышцы спины и ягодицы, но не мастерство массажистки заставило Ильяса беспокойно поерзать на гладком камне.

– Ваше высочество, прошу прощения за беспокойство!

Если самолет Хазина не потерпел крушение или его отец не умер, то Махмуд не должен беспокоить его. Всем известно – пока наследник в хаммаме, он ни для кого не доступен.

– Что еще? – сердито спросил Ильяс.

– Женщина с фотографии, та самая…

– Что с ней? – крикнул Ильяс, торопя советника.

– Я узнал, что она все еще в стране.

– Она просто дура, – прорычал принц, – никто в здравом уме не остался бы в стране, где заварил такую кашу.

– Мы отследили ее телефон. Она собирается на вечернюю экскурсию по пустыне.

– Сегодня плохая видимость, звезды не видно, приближается буря. В пустыне не должно быть туристов.

– Экскурсия состоится. Она будет там, ваше высочество. – Махмуд указал на пустыню.

Ильяс знал, что некоторые туроператоры игнорируют предупреждения, чтобы не упустить прибыль.

– Я уверен, что она блефует, – начал Ильяс, но потом подумал, что если предупреждения отца серьезны, то Хазин может потерять все. – Приведи ко мне эту Сьюзен.

– Сюда? – ужаснулся Махмуд. – Если король узнает…

– Не сюда, – перебил Ильяс. – Приведи ее в шатер в пустыне. Я встречусь с ней там.

– Надвигается буря, шатер может занести песком, вы можете оказаться в затруднительном положении.

Ильяс любил пустыню и с удовольствием проводил там время.

– Этой Сьюзен надо было хорошо подумать, прежде чем начинать это дело.

Ильяс махнул рукой, как бы говоря Махмуду идти и выполнять его приказ. А затем, приподнявшись, потянулся к бархатному шнуру, чтобы вызвать наложниц, но передумал. Встав с нагретого камня, Ильяс смыл с тела благоухающее масло под водопадом.