Сицилийская Золушка для мачо

Едва дыша от перенапряжения, она все-таки нашла силы на поцелуй, и, когда их губы соприкоснулись, они провалились сквозь грязное дно цирка и очутились в уютной мягкой постели.

Уже на рассвете Маттео увидел свой любимый сон-воспоминание.

Та самая бессонная ночь. Они медленно танцевали в гостиничном номере и вспоминали уличную вечеринку Наталии. Когда шестнадцатилетняя Белла сказала, что будет ждать его, а Маттео решил тайно сбежать из Бордо-дель-Чьело.

Их губы впервые сомкнулись в поцелуе, когда Белле стукнуло восемнадцать, и, несмотря на грубое начало, их ночь была полна романтики и страсти.

Ничего подобного с ним никогда не происходило. Маттео не хотелось вспоминать о деньгах, которые он ей передал, не хотелось вспоминать, как выглядела в тот вечер Белла.

Она крутилась возле бара, густо накрашенная и надушенная дешевыми духами, и мужчины оглядывали ее с ухмылкой.

Нет, лучше вспомнить, что случилось за закрытыми дверями. Утопая в бесконечных поцелуях, они нежно занимались любовью.

Про синяк на щеке, поставленный его рукой, Белла забыла. Она поняла, что, если не Маттео, ее ударил бы Мальволио.

Ночь осталась позади, Маттео принял душ и пошел одеваться, но вместо этого вернулся в постель и лег рядом. Он был погружен в размышления, потому что хотел предложить Белле бежать вместе с ним.

А потом он ощутил ее шелковистые волосы и теплую щеку у себя на животе и россыпь поцелуев.

Маттео растворился в своем сне-воспоминании, наслаждаясь ее мягкими губами и влажным язычком, который скользил вокруг возбужденной головки его члена.

Вот как надо будить мужчину, подумал Маттео и застонал, когда Белла ловко взяла его член в рот.

Он двинулся навстречу волшебным ощущениям, но, когда опустил руку ей на голову, в дело вмешалась реальность. Если его будили, значит, он спал, а спал он не с Беллой. Да и губы у нее не были умелыми, нет, сначала их прикосновение было исполнено любопытства и волнения.

Сон постепенно его покидал.

Маттео хотел подняться, но тело убеждало его помедлить минутку, получить удовольствие; впрочем, воспоминания исчезли, к его члену приникли чужие губы, и ему хотелось от них избавиться.

Он придержал голову Шенди, но вдруг на него пролилось что-то холодное, от ужаса женщина завизжала, поднялась на колени и вылезла из-под одеяла. Ее блондинистые волосы были абсолютно мокрые, и Маттео резко сел в кровати.