Двойная жизнь

– Нет-нет, – соврала Шарлотта, потянувшись за ручкой, чтобы записать необходимую информацию, если таковая последует.

– Шарлотта, я перезвоню через пять минут. Приготовьте себе кофе и выпейте его в постели, потом и поговорим.

Она хотела объяснить ему, что только Нико зовет ее Шарлоттой, но осеклась: она уже достаточно нагрубила ему.

– Было бы замечательно, мистер?…

– Просто Зандер, – ответил он и сразу положил трубку.

Так все и началось.

Их утренние беседы быстро вошли в привычку: Зандер трезвонил ни свет ни заря, они недолго разговаривали, и он вешал трубку.

Шарлотта готовила кофе и возвращалась в постель ждать еще одного звонка. Она слушала его низкий бархатный голос и записывала сообщения для Нико. А потом они просто болтали.

– Получается, вы не работаете с Нико на самом деле? – как-то спросил ее Зандер.

На улице было пасмурно, шел дождь, Шарлотта сидела, завернувшись в одеяло, и от звука его голоса ей становилось еще теплее.

– Работаю.

– Но не с ним?

– Я работаю на дому, – объяснила Шарлотта.

 – Босс много путешествует, а я все организовываю.

– Вам нравится эта работа?

Она замешкалась на долю секунды, затем произнесла:

– Я ее обожаю.

Она твердила себе снова и снова, что все хорошо, но подобная деятельность, конечно, не могла стать страстью и привести к серьезному карьерному росту.

В детстве Шарлотта говорила, что хочет стать стюардессой и обслуживать международные рейсы. В университете она изучала иностранные языки, и, закончив курс, отправила резюме в авиакомпанию.

Ее взяли, и вскоре она добилась немалых успехов, став старшей бортпроводницей.

– Вы не скучаете по полетам? – спросил Зандер напрямик, и Шарлотта на несколько секунд растерялась.

На ее глаза навернулись слезы. Она скучала, хоть и не хотела признаваться в этом.

– А у вас есть дети? – продолжал расспрашивать ее собеседник.

– У меня нет детей, – ответила она, не задумываясь.

Через секунду Шарлотта поняла, что вопрос был задан не из праздного любопытства.

Зандер проверял ее, и от этого у нее на душе потеплело. Было ощущение, что ему не все равно.

– А у вас?

– Нет. Я слишком безответственен для этого, – резко произнес он, и Шарлотта прикусила язык.

Лучше бы она не совала свой нос в его дела. Она не рассказывала Зандеру о том, что ухаживала за больной матерью, чье состояние ухудшалось с каждым днем; не рассказывала о том, что единственная работа, которую она сейчас могла себе позволить, это работа на Нико.