Модус скитальцев

Порой алгоритмы с ума сходят от того, что творится в человеческом сознании.

Наконец, Берек уже в ручном режиме выбрал подходящую маску. На мгновение виртуальная его копия потеряла в объеме и деталях. Всего лишь мгновение, но указывающее на экстраординарность происходящего.

Или же с орбиты заходил челнок, что потребовало дополнительных мощностей для расчетов.

Ролдан отвлекся на пустое изображение деревьев за стеклом. Ветер все так же стремился склонить их в поклоне. Не видно поднявшегося столба пыли и яркой зари на горизонте.

– Почему моя версия кажется тебе не достоверной? – спросил Берек.

Маска отразила сложный спектр эмоций, сопровождавший вопрос. Без наблюдения лица собеседника трудно общаться. Потому люди отдают так много ресурсов на создание образов.

А как было бы проще жить в режиме запрос\ответ. Ведь эта функция заложена в фундаменте человеческого разума.

– У меня несколько замечаний к данной версии, – ответил Ролдан.

Он не мог наблюдать собственного лица, но какие-то эмоции наверняка отображались.

– Предложенная тобой версия кажется правдоподобной, – согласился Ролдан. – Однако, не всё, что явно, таковым является.

– Не усложняй.

– Я сам, признаю, пришел к аналогичному выводу, – Ролдан развел руками в ответ на жест сомнения от Берека. – Выглядит чудовищным, но не таким уж невозможным. Столь глубоко, как ты, я копать не стал. Воспользовался имеющимися у меня данными.

Берек повел рукой, предлагая продолжить.

Всех их воспитывали на историях о колонистах. Эти воспоминания заложены с юного возраста. История о корабле, с которого люди высадились на одинокую планету, стали столпом космоса, вокруг которого крутится небосвод.

Избавиться от предыстории не удастся. Пусть многие факты из прошлого вызывают сомнения, многие истории откровенно выдуманы, подвергнуты осмеянию или, наоборот, вытканы на знаменах. Люди вольны сами использовать прошлое так, как им заблагорассудится.

Отказаться от него они не могут.

В том числе от памяти о том, что от метрополии им достались воспоминания о жестокости, мерзких деяниях предков. Копая глубже, удалось бы выискать в предках падальщиков и каннибалов.

Это ведь не значит, что нынешнее поколение людей пошло по тому же витку спирали.

– Разве только здесь, – Ролдан ткнул пальцем в висок.

– Вот тебе мотиватор.

– Но зачем? Ищущий жестокости обретет ее проще и доступнее. Красочнее.