Модус скитальцев

Его собственное кепи состояло из надежных материалов. Многие люди слишком озабочены собственным видом, чтобы заботиться о мире вокруг себя.

Оглядеться все же стоило, мысленно не согласился с собеседником Ролдан.

За софитами вздымались серые стены, украшенные филигранной резьбой. Настоящая резьба, а не имитация. Некоторые стенные панели намеренно изготовляли с имитацией резьбы. Машинный интеллект создавал замысловатые узоры, что складывались в приятные глазу картины.

И все же… человек умел отличить машинное изделие от ручного.

Как утверждали, программисты намерено вносили в программы возможность создания несовершенств.

Ролдан понял, что отвлекся. Пусть размышляя, он продолжал изучать окрестности, все же следовало сконцентрироваться на текущей задаче. Не каждый день подобное происходит. Через его руки редко проходят подобные объекты. Случается, да, но статистика утверждала…

– Тут достаточно точек наблюдения, так в чем проблема? – спросил наконец Ролдан.

– А в том, что они работают и все зафиксировали, – ответил Берек.

Его нечленораздельную речь помогал интерпретировать анализатор, отчего слова звучали не синхронно с движением губ. К этому следовало привыкнуть, хотя Ролдан находил эту особенность Берека забавной, раздражающе милой.

– И? Ты уже сумел меня заинтриговать, – улыбнулся Ролдан. Искренне.

– И мы все видели! – огрызнулся Берек.

Похоже, решил Ролдан, он счел мимику неуместной или неискренней. Это следует обдумать.

– Прости нашего небесного друга, – заговорил третий.

Молодой, среднего роста, серый и без особых примет. Как серая стена за световым пятном, что создавали софиты. Такой же неприметный, словно вышедший с фабрики. Его взгляд вперился в вошедшего в их круг Ролдана и не отпускал.

Нет, это не андроид. Ролдан мог бы поспорить со всяким, кто так думает. И нет, человек не пытался мимикрировать под исполнительный механизм.

Звали его – тут не приходилось напрягать память или обращаться к сети, – Такаш. Слишком уж приметная внешность у неприметного человека. Его глаза на выкате пригвоздят всякого, с кем он будет иметь честь общаться. Своим видом Такаш доказывал, что самобытность следует подчеркивать не яркими красками, вычурными одеяниями, кибернетическими улучшениями, а просто ничем.