Корабль дураков

В ночи под грохот голодного живота люди особенно чувствительны к голосу разума.

На свет его помощники не выходили, проповедуя в тенях, распространяя кодексы. Вряд ли эта работа приносит большую пользу. Эстиний скорее всего занимался самообманом.

Зато он прав, в такой сложной ситуации к ним присоединится больше людей.

Наступают сложные времена, но эти времена даруют невероятные возможности. Сейчас гнездо не способно выйти из собственных границ, поднять огромную волну карнавала, затапливая ближайшие селения, поглощая города и форты.

Действовать придется иначе. Тоньше. Именно по этой причине Назгал созвал помощников.

Дшина поняла, что Назгал сейчас не способен привести в культ новых людей. Он обрел дар слабости, став чуточку человечнее. Пусть его тело покрывали наросты, из бока торчали колышущиеся нити грибницы, но мир поставил этого человека на место. Мир сделал его слабым. Теперь он уязвим.

Улыбнувшись, Дшина созналась в своем желании помогать Назгалу.

Не найдется во всем свете такого человека, что сможет рассчитать то количество мысленных усилий, потраченных Назгалом.

Кроме Эстиния в гнезде не найдется человека, способного на расчеты. Бывший священник, к сожалению, больше предавался пустым мудрствованиям, нежели умел просчитывать вероятности.

– Нам нужен пророк, – сказала Дшина.

Два полумужа воззрились на ведьму так, словно она высказала гениальную сентенцию.

Идея ведь простая. Любое событие до того, как превратиться в катящийся с горы снежный ком, начиналось с малого движения. Этого импульса хватало на великие дела.

При условие, что обстановка подходящая.

У культа имелись все условия, чтобы возвеличиться. Не было только идеи. Кроме той, что Назгал не решался высказаться. Он боялся, что сказав правду, разрушит все. Эстиний прекратит смотреть на него щенячьими глазами, а Дшина вырвет из культа его душу.

Без женщин им никуда. Пока тех удерживает тонкая ниточка священной идеи. А что будет потом? Назгал боялся представить.

– Где? – спросил он.

Пожав плечами, Дшина махнула рукой. Ее это нисколько не волновало. Назгал поморщился. Вроде они делают общее дело, а приходится все выдумывать самому.

– Что ж, – вздохнул он, – мой план таков! Не совру, долго я его обдумывал.