Чего желает джентльмен

Герцог обернулся и сурово воззрился на нее.

– Перед лицом очевидности, мадам, вряд ли кто-то нам поверит! – Он принялся загибать пальцы. – Во-первых, в брачной записи стоит мое имя, и подпись неотличима от моей собственной. Церемонию провел священник, который охотно подтвердит, что я тот самый мужчина, с которым вы сочетались браком. Во-вторых, в «Таймс» напечатано объявление о нашей свадьбе – наверняка его подавали в газету на моей гербовой бумаге и подделали мой почерк. В-третьих, есть еще письмо от Дэвида… – Он помахал смятым листком.

Он сердито отвернулся к окну, а Ханна вся съежилась, когда до нее дошел смысл его слов.

– Единственный, кто оказался в дурацком положении, так это я, – пробурчал он.

– Что ж, это легко исправить, – заявила она.

Герцог бросил на нее взгляд через плечо.

– Вы предпочитаете открыть всем правду? А у меня такого желания нет.

– Но что еще нам остается? – воскликнула Ханна. – Мы оба стали жертвами жестокого розыгрыша, и никто не подумает о нас плохо, если мы скажем правду.

Он с досадой вздохнул.

– Все не так просто, как вам кажется.

Ханна вскинула брови.

– Нет?

Она повернулась и быстро вышла в холл.

– Мадам, мисс Рис… Мне очень жаль, но произошло недоразумение. Герцог и я на самом деле не женаты.

Краем глаза она видела, что Маркус стоит в дверях и не сводит с нее мрачного взгляда.

Последовала пауза, затем Селия тихо произнесла:

– Ну конечно! Мама, она права, это была простая деревенская церковь. Мы должны устроить настоящую, великосветскую свадьбу! Боже мой, успеем ли мы все подготовить в этом сезоне? Ведь прошел целый месяц!

Ханна покачала головой.

– Нет, я хотела сказать совсем не то!

Селия бросилась к Ханне и погладила по плечу.

– Не волнуйтесь, ничего страшного! По правде говоря, нам это будет только в радость. Вы даже не догадываетесь, как мама боялась, что Маркус никогда не женится. Как думаешь, мама, может, ее платье должно быть синим? Синий так пойдет к ее глазам!

– Мне не нужно синее платье! – воскликнула Ханна. – Вообще никакого платья мне не нужно!

Мать Селии рассмеялась.

– Боже правый, моя дорогая. Не позволяйте Маркусу вами командовать. Он не обеднеет.