Смерть в озере

 – Она придаст мне солидности.

– Это кто же вам такое сказал? – искренне удивилась я.

– Какая разница! – Бертрам покраснел еще гуще. – А как тебя прикажешь понимать, ты же знаешь, что твое появление только разозлит Ричарда! Он вышвырнет тебя из дома!

– Сомневаюсь. Он не захочет расстраивать Риченду. И к тому же вы когда-нибудь пробовали сказать «нет» Фицрою?

– Так вот что он имел в виду! – прорычал Бертрам, со всей силы наступив мне на ногу. – Я этого не потерплю!

– Чего?

– У него какое-то поручение для меня, ради безопасности нации или какой-то подобный вздор.

Сердце забилось быстрее, в груди появилось престранное ощущение лопающихся пузырьков. Нам с Бертрамом пришлось подписать правительственный акт о неразглашении, так что Фицрой, вероятно, приготовил для нас какое-то секретное задание. «Не слишком опасное, – решила я, – так как мы в его глазах были просто обычными мирными гражданами».

– А он объяснил, что именно?

– Нет, – коротко ответил Бертрам.

– Что бы это ни было, все лучше, чем оставаться здесь.

– Но тебя могли застрелить! – воскликнул Бертрам, имея в виду события, которые я описала в дневнике «Смерть на охоте».

– Насколько я помню, именно Фицрой и не дал меня застрелить!

– И Маклеод. Фицрой и о нем не забыл. Он вернулся, знаешь? – Бертрам, неумело покружив, повернул меня в другую сторону, заставив встретиться взглядом с дворецким Стэплфордов, Рори Маклеодом, мужчиной, которого я когда-то считала любовью всей жизни, пока он не отказался от меня.

Похоже, жизнь снова станет интересной. Ну что ж, я сама этого хотела, разве нет?

Глава 5

Дикие места, или «пойдешь ли, душенька, пойдешь?»

[5 - «Will Ye Go, Lassie, Go» – народная шотландская и ирландская песня.

Когда Фицрой собрал вместе Бертрама, Рори и меня, часы показывали три часа утра. Он то ли зная наверняка, то ли по чистой случайности выбрал место, где я нашла свой первый в Стэплфорд-холле труп – библиотеку. Рори, неестественно прямой, занял место у окна, и только тени под глазами выдавали его усталость. Бертрам бродил по комнате, пока наконец не выбрал себе место, тяжело облокотившись о каминную полку.