Притворись моей сестрой

На душе стало теплее, когда Дженни подумала о нем. Чувство юмора было с Ривом в любых ситуациях.

«Но я теряю и его, – пронеслась в голове мысль. – Мой первый парень. Мой единственный парень. Я уже и с ним не смогу говорить».

Все это часть договоренности с семьей из Нью-Джерси. Никаких разговоров.

Хотя на дворе был очень холодный январь, сосульки на ветвях деревьев, в ее комнате было уютно и тепло, она вся была залита солнечным светом.

Девушка протянула руку. Осторожно, словно боясь обжечься о раскаленное железо, прикоснулась к плечу матери.

На какой-то момент это действие заставило правду исчезнуть.

Мать с дочерью обнялись и встали, покачиваясь, крепко держа друг друга в объятиях. Чувства, охватившие их за эти последние несколько недель, переполняли – любовь, страх, надежда и злость.

«На самом деле мы не были спокойны, как думал Рив, – подумала она. – Мы пытались приспособиться к новой ситуации».

– Мама! – прошептала Дженни. – Не злись на меня.

Женщина начала медленно целовать ее лицо, словно хотела его хорошенько запомнить.

– Я не злюсь на тебя, дорогая, – отвечала она. – Как я могу? Я же тебя люблю. Ты – вся моя жизнь. Я злюсь на Ханну. За то, что она два раза нас так сильно подвела.

Ханна. Это было уравнение, состоявшее из одних неизвестных. Никто ничего не знал и не хотел знать о ее судьбе.

– И больше всего я злюсь на… – она не закончила предложения.

«…на семью Спринг», – хотела сказать миссис Джонсон. Родители не произносили этого вслух. При этом никто не позволил себе устроить истерику с криками: «Как вы можете забирать нашу девочку?! Это – наш ребенок, Дженни Джонсон, не Джен Спринг!»

«А я злюсь на них больше всех, – подумала девушка.

 – Они не теряли надежды. Продолжали меня искать. Сделали так, что фотография появилась на пакете молока. Меня угораздило увидеть его. И вот сейчас семья Спринг забирает меня!»

Во время переговоров никто ей не угрожал. Никто не сказал, что она попадет в тюрьму, если не захочет вернуться в старую семью.

Просто, когда открылись все факты произошедшего, выяснилось, что она носит фамилию не Джонсон, а Спринг. Следовательно, Дженни обязана жить в семье, в которой родилась. Через адвоката те передали, что в этом случае не будут разыскивать Ханну и не будут выдвигать против нее никаких обвинений.

Ханна, вполне возможно, уже давно забыла тот день, когда угнала автомобиль и украла ребенка. Но все, что она тогда сделала, по сей день влияет и меняет их жизни.