Притворись моей сестрой

Она суетилась весь день, как пчелка, работала днем, а по вечерам занималась детьми и их внешкольными мероприятиями. Казалось, женщина только и делала, что переходила от одного занятия к другому.

Мистер Спринг очень любил ощущать физический контакт с детьми. Он поднимал их на руки, словно они были малышами, в шутку боролся с мальчиками, бросался в них подушками, бежал наперегонки к пульту. Джен старалась держаться подальше от этих бурных проявлений активности, поближе к стене или крупным предметам мебели, чтобы ее не сбили с ног.

В новом доме и пахло совсем не так. В семье по утрам вместо апельсинового сока пили яблочный. Дженни же считала, что лучшее начало дня – именно стакан апельсинового сока. Еще ели овсяную кашу с разными вкусовыми добавками из индивидуальных пакетиков. Ей она казалась на вкус опилками для хомяков. Девушка мечтала о посыпанном корицей тосте и половинке грейпфрута. А тут даже не держали хлеба, никто не ел бутерброды!

«Да как можно жить без них?» – удивлялась она.

Ужасно хотелось домой. Однажды в машине с Ривом, когда тот искал уединенное место, чтоб провести время со своей девушкой, она почувствовала себя дурно, ибо начала понимать, в какую историю может ввязаться с новой семьей. Тогда парень остановил автомобиль, и ее вырвало на какие-то кусты. В этом доме она тоже постоянно чувствовала себя дурно, болел живот.

«Я уже не в состоянии ничего проглотить, – с тоской размышляла она. – Поэтому какая разница в том, что они не едят бутерброды?»

В доме была всего одна ванная.

Сколько Дженни себя помнила, у нее всегда была личная комната. А теперь приходилось делить ее с шестью людьми! В ванной стоял таймер, который надо было включать перед тем, как залезаешь в душ. Горячая вода шла ровно три минуты, после надо было заканчивать мытье. Три минуты! Ей казалось, что за это время она не успевает полностью намокнуть.

Там нельзя было держать личных предметов гигиены за исключением зубной щетки. У каждого члена семьи было пластиковое ведерко, в котором лежал шампунь, шапочка для душа и другие необходимые вещи.

Это ведерко надо было потом забирать в комнату. Перед дверью вечно стояла очередь: как только Дженни заходила, тут же начинались разговоры:

– Что ты там делаешь?

– Давай побыстрее. Мне надо наложить макияж.

– Мне через пять минут выходить.

– Джен, давай ты лучше меня в коридоре подождешь.

Ни минуты покоя! Эти люди нападали на нее, как стервятники.