Лицо на пакете молока

Ребята были в ужасе от оценок, которые получал их младшенький, и не скрывали своего отношения, когда приезжали домой на каникулы.

Он же перестал разговаривать со всеми родственниками, старался меньше времени проводить дома и ужинал с семьей Дженни. Дошло до того, что вчера вечером ее мама сказала:

– Мне, видимо, придется брать с твоих родителей деньги на продукты.

– Простите, – сдавленным голосом ответил Рив. – Я больше не буду приходить.

Отец Дженни в шутку пихнул его в бок:

– Перестань! Ты с легкостью можешь есть у нас, а спать дома.

Когда-нибудь отплатишь нам за услугу.

– Ну, да, – мрачно ответил парень. – Когда стану сантехником, буду вам засоры бесплатно прочищать.

– Не говори глупостей. Соберись, подтяни учебу… – мистер Джонсон запнулся и снова в шутку пихнул того. – А вообще, давайте поговорим о чем-нибудь другом. Угощайся! Там брауни с мороженым.

Они знали о жизни Рива все то, что он пытался утаить. Но его мать все равно делилась переживаниями с соседями. Складывалось ощущение, что парню некуда спрятаться: он всегда жил в этом городе, всегда ходил в эту школу… Вчера вечером он поделился с Дженни, что хочет уехать в большой город, где будет обычным, никому не знакомым человеком.

Девушка с грустью подумала о собственных имени и фамилии – они словно созданы для анонимной жизни.

Сара-Шарлотта частенько говорила, как классно было бы для Дженни отправиться с Ривом на свидание. Дело в том, что подругу в отличие от нее совершенно не волновало получение водительских прав, она хотела постоянного парня.

Ее идеал: красивый, мускулистый, умный, вежливый и богатый. Рив подходил по всем категориям, кроме одной.

– Если он сам не пригласит тебя, это может сделать кто-нибудь из его друзей, – рассуждала девушка.

Дженни и сама думала на эту тему. В прошлом году многие парни из выпускного класса встречались с девчонками, которые были моложе. А вот ребята из выпускного класса этого года, кажется, только злились, что им приходилось находиться с учениками младших классов в одном здании.

Дженни выглядела моложе своего возраста – за последний год она выросла, но все равно была ниже одноклассниц.

Дженни отличалась от подруг: Адаир и Сара-Шарлотта становились высокими продвинутыми девушками, умели правильно отвечать на колкости, чем она сама не могла похвастаться. Она была «милой». Как же Дженни ненавидела это слово, которым ее все время характеризовала мама. Милыми, по ее мнению, могли быть маленькие дети и котята.