Столп огненный

Она подобрала одного крошечного котенка, черного с белым, и тот сперва облизал бриллиант в кольце на пальце Элисон, а потом осторожно прикусил сам палец. Крохотные зубки были острыми, но сам котенок был еще слишком мал для того, чтобы его укус мог причинить настоящую боль.

– Как себя чувствует невеста? – осведомилась Екатерина.

– Она на удивление спокойна, ваше величество, – ответила Элисон, поглаживая котенка. – Волнуется, конечно, но ждет не дождется завтрашнего дня.

– Она знает, что ей предстоит лишиться девственности на глазах у свидетелей?

– Знает, ваше величество.

Если только справится твой Франциск, молча прибавила Элисон. Вслух она этого произносить не стала, чтобы не оскорбить королеву.

Впрочем, Екатерина и сама подумала о том же.

– Увы, мы не в силах предсказать, будет ли состоятелен бедняжка Франциск.

Элисон промолчала, опасаясь так или иначе уязвить чувства королевы.

Екатерина подалась вперед и заговорила, понизив голос.

– Послушай меня, – сказала она настойчиво.

Элисон ощутила себя польщенной – кому еще выпадало вести столь откровенные, столь доверительные беседы с королевой Франции? Но сейчас важнее другое…

– Это может оказаться непросто.

– Сама понимаешь, свидетелям покажут не все.

– Да, но… – Элисон заметила, что котенок, которого она гладила, задремал.

– Франциск должен взобраться на Марию и поиметь ее – или притвориться, что поимел.

Девушку потрясла грубость королевы, но она быстро сообразила, что та чересчур обеспокоена, чтобы разговаривать обиняками.

– Кто объяснит Франциску, что нужно делать? – уточнила она столь же деловито.

– Ему объясню я. А ты потолкуй с Марией. Она тебе доверяет.

Элисон испытала прилив гордости: надо же, сама королева это заметила.

– Что мне ей сказать?

– Она должна громко и прилюдно объявить, что лишилась девственности.

– А если потребуют позвать доктора, чтобы тот подтвердил?

– Об этом мы позаботимся заранее, потому я тебя и позвала.

Она протянула мешочек Элисон. Тот был совсем крохотным, не больше оконечности пальца; сшитый, казалось, из мягкой кожи, мешочек имел узкую горловину, перехваченную тонкой шелковой нитью.

– Что там?

– Это мочевой пузырь лебедя.

Элисон недоуменно посмотрела на королеву.

– Сейчас он пустой.