Ночь над водой

Ему разрешили позвонить, и он соединился с газетным киоском на углу улицы, где жила мать, и попросил Берни, киоскера, послать кого-нибудь из мальчишек-разносчиков газет позвать ее к телефону. Когда мать взяла трубку, он сказал, где лежат деньги.

– Они выпустят меня под залог, ма. – Гарри старался говорить как можно бодрее.

– Знаю, сынок, – сказала мать. – Ты всегда был большим везунчиком.

А если не разрешат…

«Я не раз выбирался из трудных ситуаций», – приободрил он себя.

Да, но не настолько трудных.

– Маркс! – крикнул надзиратель.

Гарри встал. Он еще не знал, что скажет, но полагался на присущее ему умение импровизировать. И все же сегодня хотелось бы иметь какую-то версию наготове. Однако будь что будет, сказал он себе решительно. Гарри застегнул пиджак, поправил галстук-бабочку, вместо платка расправил белую подкладку нагрудного кармана. Потер подбородок и подумал, что хорошо бы побриться. В последнюю минуту некое зернышко версии промелькнуло в голове, и Гарри быстро снял запонки и сунул их в карман брюк.

В решетчатой двери повернулся ключ, и он вышел из камеры.

Гарри повели по цементной лестнице, которая вывела его прямо к скамье подсудимых в центре зала суда. Перед ним находилась скамья для адвокатов, сейчас пустая, секретарь суда и судебный адвокат за отдельным столом, а также судейская скамья с тремя непрофессиональными, общественными мировыми судьями.

«Иисусе, – взмолился Гарри, – пусть эти гады меня отпустят».

На галерее для прессы сидел единственный репортер с блокнотом на коленях.

Гарри повернул голову назад и увидел среди публики мать в лучшем ее платье и новой шляпе. Она с особым смыслом постучала себя по карману: это должно было, по-видимому, означать, что деньги на выкуп при ней. К своему ужасу, Гарри увидел на матери брошь, которую он стащил у графини Эйрской.

Он повернулся к судьям и сжал поручень, чтобы унять дрожь в руках. Обвинитель, лысый полицейский инспектор с крупным носом, произнес, обращаясь к судьям:

– Номером третьим в вашем списке значится: кража денег в сумме двадцати фунтов и пары золотых запонок стоимостью пятнадцать гиней, принадлежащих сэру Саймону Монкфорду, а также извлечение денежной выгоды посредством обмана в ресторане «Сан Рафаэль» на Пиккадилли.

Полиция испрашивает разрешения держать подозреваемого под стражей, поскольку расследуются и другие его правонарушения, связанные с кражей больших денежных сумм.

Гарри внимательно разглядывал судей.