Ключ к Ребекке

Теперь же ему необходимо выглядеть более чем внушительно, ведь то, что он собирался предложить, было, как обычно, несколько нелепо. На этих камерных собраниях не так уж легко говорить и вести себя так, будто кучка горячих голов действительно способна со дня на день вышвырнуть англичан из Египта.

Садат нарочно постарался придать своему голосу авторитетную басовитость.

– Мы все надеялись, что Роммель одержит верх над британцами в пустыне и освободит нашу страну. – Он окинул комнату взглядом: этот отличный прием позволял и на больших, и на маленьких встречах добиваться эффекта, будто оратор обращается лично к каждому присутствующему.

Садат преувеличивал: это была не новость, а просто слух. И большинство присутствующих не заблуждались на этот счет. Тем не менее мелодраматические заявления были в цене, аудитория отозвалась гневным сердитым ворчанием.

Садат продолжал:

– Я предлагаю организации «Свободные офицеры» заключить с немцами договор, по которому мы возглавим в Каире восстание против англичан, а немцы, в свою очередь, гарантируют независимость Египта после поражения Великобритании.

По мере того как он говорил, смехотворность ситуации вновь предстала перед ним со всей ясностью: вот он, крестьянский паренек, обсуждает с дюжиной недовольных младших офицеров возможность союза с германским рейхом. Хотя, с другой стороны, кому, как не им, представлять интересы египетского народа? Британцы – завоеватели, парламент – марионетка в их руках, король – иностранец.

Существовала и другая причина, побудившая Садата сделать это предложение, но она относилась к ряду тех вещей, в которых люди с трудом признаются даже самим себе. Абделя Насера, предводителя движения, перевели вместе с частью в Судан, и его отсутствие давало Садату возможность занять положение лидера.

Он постарался отмахнуться от этой подлой мыслишки. Сначала необходимо заставить других согласиться с предложением и со способом его осуществления.

Первым заговорил Кемель:

– Примут ли нас немцы всерьез?

Садат кивнул. Это соображение казалось важным и ему. На самом деле они заранее договорились, что Кемель задаст такой вопрос. Обсуждение столь болезненной темы должно было отвлечь внимание от еще более насущной проблемы: можно ли доверять обещаниям немцев, данным кучке бунтарей в неофициальной обстановке? Садат не хотел, чтобы это обсуждалось на собрании.