Первая смерть

Она не могла вспомнить ни семью Коксов, ни мальчика с синдромом Дауна.

– М-мне так не кажется, – ответила она наконец, запинаясь. – Как давно вы живете в Иглс-Нест?

Он пристально поглядел на нее, игнорируя вопрос. Затем радостно объявил:

– Ты выглядишь как Кейли. Очень похожа на Кейли. Только она не такая старая, – торжествующе добавил он.

Эдди закашлялся. Краем глаза Мерси заметила ухмылку на лице Трумэна.

– Я живу в Иглс-Нест с двадцати лет. Мы переехали сюда десять лет назад, – ответил Кокс, явно довольный, что разрешил мучавшую его загадку.

– Я тоже вижу сходство, Тоби, – вмешался Трумэн. – Присядьте.

У Мерси мелькнула мысль, должны ли здесь присутствовать родители Тоби. Она не была уверена насчет прав людей с синдромом Дауна. Конечно, сама она еще не знала, насколько он психически здоров. По ее ограниченным знаниям, состояние больных с этим синдромом сильно варьировалось. Килпатрик поглядела на Трумэна: тот сидел в своем кресле и уверенно смотрел на Тоби.

– Как часто вы помогали Неду Фейхи по хозяйству? – Мерси вытащила ручку и блокнот и с ходу начала расспросы. – Вы живете рядом?

– Я живу в четверти мили от Неда. Прихожу к нему помогать часа на три каждый понедельник и среду, если он не звонит и не говорит, что приходить не надо.

Тоби уверенно поддерживал зрительный контакт… ну, как уверенно – один глаз слегка косил.

– Вы помогали ему в прошлую среду?

Именно Тоби обнаружил Неда в следующий понедельник.

– Да. Это день колки дров. По средам почти всегда колют дрова. Этим занимается Нед, а я подбираю и складываю в поленницу. Он не звонил и не говорил не приходить, так что я снова пришел в понедельник. – Кокс посмотрел на свои руки на коленях, стиснутые в кулаки.

– Наверное, зрелище было ужасным, – мягко сказала Мерси. – Нед Фейхи – ваш хороший друг, да?

– О, ни капли. Нед был моим боссом, а не другом. Очень вспыльчивым. Даже мои родители говорили, что он вспыльчив.

Мерси прикусила губу от такого резкого ответа.

– Вам нравилось работать на Неда?

– Да. Он нуждался в помощи, потому что его спина и колени вечно болели. Помогать ему было правильно.

– Он платил? – спросил Петерсон.

– Да.