Что не убивает

Он вернулся в микроавтобус.

Взяв рюкзаки, Саша последовал за ним. Забравшись внутрь, он сел в бежевое кожаное кресло спиной по ходу движения. Поклажу поставил на пол.

Кира села в соседнее кресло.

– Круто, – сказала она, оценив толщину многослойного стекла и постучав по нему костяшкой пальца.

Хозяин сидел напротив.

– Это не круто, – сказал он. – Это необходимость.

Закрылась дверь. Бум! – Глухой дорогой звук немецкого премиум-автопрома отделил их от душной пыльной дороги, от перспективы стояния в поле.

Внутри прохладно, чисто, удобно. Шторки на окнах, мягкий свет, уют камерной гостиной – можно забыть о том, что ты в машине, и наслаждаться почти домашним комфортом, в тапочках и с телевизором. Пахнет большими деньгами. Их запах узнаешь безошибочно, он приятен, но приятность эта искусственная. Свежескошенная трава, грудной ребенок, морской бриз – вот что пахнет естественно, а бежевая кожа, лакированное дерево и плазменная панель на стене между салоном и кабиной – нет.

– Константин, – представился хозяин.

Саша и Кира представились в ответ.

– Что будете пить? – спросил он, открывая мини-бар. – Воду, сок, пиво, квас?

– Воду, – сказала Кира.

– Пиво, – сказал Саша.

– Тогда мне тоже пиво, – передумала Кира. – Я не за рулем и еще долго не буду.

Микроавтобус плавно тронулся с места и бесшумно покатил по шоссе. Сквозь броню корпуса и стекол внутрь не проникало ни звука из внешнего мира. Необычные ощущения. То ли едешь, то ли плывешь, то ли летишь.

Константин выдал им пиво, холодное, запотевшее, а сам предпочел минералку.

– За знакомство. – Он поднял бутылку.

Следующие несколько минут молчали. Молчание – способ коммуникации в некоторых ситуациях. Саша и Кира чувствовали себя неловко, а хозяин то ли давал им время прийти в себя, то ли, напротив, испытывал их этим молчанием.

– С какой целью во Владик? – спросил наконец он, когда молчание заполнило каждый сантиметр пространства в салоне.

– Это и есть цель, – ответил Саша.

– Понял. Москвичи? Давно в пути?

– Два дня.

– Как ощущения?

– Все зависит от того, с кем едешь, и едешь ли вообще, – сказала Кира. – Сегодня мы ехали с байкерами, было весело. Потом – с дедушкой, душевно.

– А сейчас – со мной, и не знаете, как к этому относиться? – продолжил мысль Константин.

Он улыбнулся, но в глазах улыбки не было. Улыбка-неулыбка.

– Можно вопрос? – Кира сделала глоток пива.