Слом

Только батя всё ждёт, когда Кархи вернётся, одумается…

Катя внимательно слушала мальчика, его болтовня отвлекала от мыслей о стёртых ногах и помогала не думать о каждом болезненном шаге. А главное, что за эти несколько часов от него она узнала о новом мире больше, чем за все предыдущие дни. Но начать расспрашивать словоохотливого пацана девушка так и не решилась, только благодарно улыбалась, когда он в очередной раз помогал перебраться через ручей или поваленное дерево. И со смешанными чувствами вздохнула, едва они вышли к краю деревни и она стряхнула грязь с подола.

– Вот и пришли, – обернулся парень и закричал, поворачивая в ближайшие ворота. – Тётя Рисса, а я юродивую привёл! Настоящую! Только эльфами запуганную. Тётя Рисса!

– Явился! – из дверей большой избы показалась женщина. – Ну и где ж ты шатался. Я тебя ещё с утра ждала. Ой, да свалились вы мне на голову, – она подошла и замахнулась на довольного мальчика полотенцем. – А коль искать пойдут по деревням и увидят, столько у меня хлеба дома, да спросят, зачем?

– Ну тётя Рисса, да кому мы нужны-то.

– Да успеешь ты, проныра, – успокоилась хозяйка и подтолкнула мальчика в сторону избы. – Там на столе рядом с хлебами тебе поесть.

Мальчик, всё так же хихикающий, поспешил спрятаться внутри дома. А женщина покачала ему вслед головой и повернулась к своей гостье. Хозяйка, невысокая и очень пышная, в платье с запахом, больше напоминающем широкий халат с укороченным рукавом, в платке, из-под которого выбивались тёмно-рыжие пряди, казалась суровой. Она строго осмотрела девушку со всех сторон, неодобрительно пыхтя.

– Как тебя звать, милая? – поинтересовалась она, заглядывая в лицо.

– Катя, – испугано пискнула девушка, отступая.

– Не позаботились о тебе, бедняжке, мужики эти. Да что они в этом понимают! Поди, до утра разговорами разговаривали, да и не дали с дороги отдохнуть. Ну идём, идём в дом. До чего тебя, красавицу-то, довели, совсем худа… – продолжала причитать хозяйка, приобнимая Катю и направляя к дому. – Ой, а что это с ножками? Вот не позаботились они о тебе, не позаботились.

– Простите.