Слом

Мыться дедовским методом было холодно, но даже такой нехитрый способ помог немного отогнать давящие мысли, тревогу и на минуту поверить, что всё не так уж плохо, просто, возможно, она что-то не понимает. С сожалением Катя постаралась как могла аккуратно намотать портянки, обулась и взяла мокрую рубаху. Оставшейся остывшей воды не хватило даже прополоскать волосы от пыли, и тем более не хватило бы выстирать бельё. Но и надевать на свежее тело пропотевшую рубаху не хотелось. Но стоило встряхнуть ткань, как одна из побрякушек на браслете подмигнула и грязь осыпалась невесомой сероватой пылью.

– Такой поворот мне даже начинает нравиться, – пробормотала она, рассматривая украшение, но, так и не заметив больше ничего интересного, поспешила одеться.

За дверью сидел уже другой эльф: Эль-Элитина сменил Эль-Торис. Хмурый воин легко поднялся с пола и указал на лестницу. Катя пожала плечами, чуть заметно улыбнулась и в его сопровождении спустилась. В просторном зале собралось уже несколько десятков постояльцев, занявших половину длинных столов.

Они успели как раз вовремя – на столе уже были расставлены плошки, миски и блюда, кувшинчики и кружки. Еда, невзрачная с виду, так изумительно пахла, что изрядно проголодавшиеся путники уже сглатывали наполнившую их рты слюну, и Катя не была исключением.

– … странно это. Я уже ездил Белым трактом, и он, в отличие от дороги через Кармин, всегда оживлён. Удивительно, что нам так повезло – мы легко сняли комнату и сидим в полупустом зале, – мрачно закончил свой монолог Эль-Ренко, пока Эль-Торис и Катя садились на свободные места вокруг стола.

– Командир? – облизнулся Эль-Элитин.

– Ешьте. Но не забывайте, что утром идём дальше, – он сам дотянулся до ближайшего кувшина и разлил вино по кружкам. – Остальное подождёт.

И дальнейшие разговоры тут же смолкли, а мужчины вплотную занялись ужином. Они, вроде бы, не торопились, наслаждаясь каждым кусочком и глотком, но блюда стремительно пустели. Катя успела переложить что-то к себе в миску и больше удивлённо наблюдала, чем ела сама, но и её рот не пустовал. Но всё же, когда её спутники сыто и сонно начали старательно стряхивать с себя подкравшуюся дремоту, её тарелка была полна чуть ли не наполовину.

И все они обманулись.