О звере и фейри

Я подхожу к длинному невысокому столу, застеленному серебряной скатертью, на котором расставлены многочисленные тарелки с едой, чаши и бутылки с напитками. Нимфа разливает жидкость в маленькие кубки в форме лотоса и раздает их. С ее ушей свисают витиеватые серьги, которые, клянусь, я видела на Делии сегодня вечером. Я пробираюсь к ней, стараясь не переходить на бег. Она смотрит на меня, и румянец подчеркивает розовый тон ее кожи. Она заправляет серебристые волосы за ухо.

– Где Делия? – спрашиваю, тщательно подбирая слова.

Я не уверена, можно ли говорить «пожалуйста», если запрещено «спасибо». Слова могут привязать вас к Народцу, даже самые простые из них могут дать им власть над вами.

– Со мной ее нет, – коротко отвечает мне нимфа. Она играет со своими сережками, и я убеждаюсь в своей правоте.

– Ты можешь сказать мне, где я могу ее найти?

– Я могу сказать, где видела ее в последний раз.

Мое сердцебиение учащается.

– Не поделишься? Пож… – Я вовремя замолкаю, прикусив губу.

Каждое слово. Мне нужно следить за каждым своим словом. – Я была бы признательна за твою помощь.

Она злобно скалится.

– И даже не скажешь «спасибо» и «пожалуйста»? – интересуется она. – Ужас, где твои манеры? – Есть что-то настораживающее в ее фальшивом южном акценте.

Я бросаю взгляд на застывшие капли крови на ее серьгах, словно она только что проколола уши.

– Как насчет обмена?

Ее длинные, заостренные уши подергиваются в предвкушении.

– У тебя есть что мне предложить?

Я медленно стягиваю с волос пурпурный бархатный гребень, создавая вид, будто мне невыносимо расставаться с ним.

Больше всего на свете Народец любит вещи, которые не хотят отдавать.

– Этого достаточно?

Жадный блеск в ее глазах говорит мне, что моя затея удалась. Она кивает, не отрывая взгляда от меня.

Я протягиваю его нимфе.

– Что ты можешь мне рассказать?

Она накрывает рукой гребень и смотрит мне в глаза.

– Я скажу, где видела ее последний раз.

Но не могу гарантировать, что она все еще там.

Я крепче сжимаю гребень.

– Ты видела ее здесь, в пещере, не так ли?

Ее широкая улыбка пугает.

– Взгляни на себя. Поняла правила игры. – Когда я ничего не отвечаю, она закатывает глаза. – Да, в Подземелье. Она танцевала с дриадами. – Нимфа кивает на помост. – Им нравится находиться в обществе короля.

Я расслабляю руку, и она прижимает изделие к носу, глубоко вдыхая.

– Мм. Пахнет смертной жизнью.