О звере и фейри

– Я пригожусь тебе, любовь моя. Оставь пучок полевых цветов на подоконнике, и я приду на зов.

Я провожу рукой по своим кудрям, осматривая толпу, пока мои пальцы не цепляются за неаккуратный пучок.

– Ты мог бы помочь мне найти Делию, – произношу я, с трудом проговаривая слова. – Помоги найти ее.

Он отвечает:

– Боюсь, я уже и так сильно задержался. Спрос на меня сегодня вечером крайне высок.

Я усмехаюсь, но он либо не замечает, либо ему все равно. Вместо этого он дергает за прядь волос, выбившихся из пучка на моем затылке.

– Мне нравятся фиалки. – Он подмигивает мне, поворачивается на пятках и исчезает. Растворяется в мгновение ока.

Мое сердцебиение вновь замедляется.

Громкий раскат прорывается сквозь музыку, останавливая веселье Народца. Танцоры в изодранных одеяниях замирают, и даже сатиры перестают пялиться на всех подряд. Они поворачиваются к возвышающемуся помосту в центре, под идеальной аркой, созданной самой природой, в пещере, где рассеянный лунный свет проникает из какого-то проема, которого я не вижу.

Тени, исходящие от Гейджа, окутывают его, словно темная аура. Несмотря на расстояние, я вижу, как венец сверкает на его голове. Он ждет, пока внимание толпы не сосредоточится на нем, и затем передает посох в руки изящной голубой нимфе, стоящей справа от него. Она забирает его, держа вертикально одной рукой, а другой расслабленно опирается на меч, закрепленный на ее правом бедре. В отличие от других нимф, облаченных в струящиеся прозрачные платья, на ней доспехи.

– У нас гостья, – начинает Гейдж и находит меня в толпе. Никто не оборачивается, но я чувствую их косые, любопытные взгляды. – Заблудшая дочь вернулась домой. – Он хлопает в ладоши, медленно, почти издевательски. Толпа поддерживает его, отовсюду раздаются аплодисменты, пока существа обмениваются растерянными взглядами между собой. Мое сердце сжимается в груди.

«Дочь?»

– Но для нашего вернувшегося сородича припасено испытание, – сообщает Гейдж.

Смех, с шипением и гулом отражающийся от стен пещеры, пробирает меня до глубины души. Нет, я полагаю, это совсем не справедливо.

– Тогда решено. Пусть она заслужит место среди нас. – Смех смолкает. Его жестокая и красивая ухмылка предназначается для меня. – Добро пожаловать в Подземелье.