Мир без границ

Что примечательно, далеко не каждый человек сможет правильно и безболезненно поднять инвалида и перенести его, тут нужен опыт и сноровка! Возможно, Человек-В-Смокинге как раз такой опыт и имел, но откуда столько силы в этом худом человеке? Он даже не напрягся, поднимая меня – вот это странно. Но поудивляться мне времени не дали, все кроме целителя незаметно вышли, а он присел рядом на стул.

Некоторое время мы молчали, и я весь испереживался, ожидая, что он вот-вот начнёт массажировать моё бренное тело, причиняя сильную боль.

– Ты прекратил тратить время на компьютер и интернет?– неожиданно поинтересовался мой новый врач.

– Да, – быстро и честно соврал я.

Михаил усмехнулся.

– Лгать не хорошо и некрасиво, – пожурил меня Михаил, без злобы и упрека, скорее, наоборот, чисто для галочки. Но мне стало стыдно, и, кажется, щёки мои предательски покраснели.

– Слышал фразу: «в здоровом теле, здоровый дух»?

Я кивнул.

– Это не совсем правда. У слабого телом человека может быть феноменально крепкий дух.

Я молчал. Чего тут скажешь то?

– Ты веришь, что сильный дух, или душа, что в принципе одно и то же, способна исцелить больное тело?

Я задумался. И задумался серьёзно. Я слышал чудеса, что смертельно больные люди с позитивным жизненным настроем каким-то чудом исцеляются, и доктора не могут понять, как такое произошло. Но такие случаи невероятно редки, и я не знал историй, когда у больного калеки вырастала новая нога, или кривой человек стал прямым, или ослепший становился зрячим.

– Нет, не верю.

– Закрой глаза, расслабься, выкинь всё из головы и постарайся заснуть.

– Не получается, – тут же признался я.– Нервничаю…

– Ты не нервничаешь, я чувствую. Ты боишься. Подумай о том, как ты обычно засыпаешь, о чём думаешь…

– Ка-азлы! Как же вы достали шуметь, алкоголики поганые!

Это был единственный раз, когда я увидел на всегда спокойном лице целителя недоумение и замешательство. Пришлось объяснить:

– Над моей комнатой живут алкоголики, которые постоянно, в любое время дня поют, ругаются, орут, топают, дерутся и много чего ещё делают.

Некоторое время Михаил молчал.

– Понимаю, это не совсем хорошо и удручающе, но не стоит говорить таких слов. И хотя я вижу, что произносишь ты их без злобы, но всё равно лучше не надо.

Я хотел сказать, что он мне не священник, чтоб проповеди читать, но язык почему-то не повернулся произнести это вслух.