Дитя Дьявола

Старик лишь хмыкнул на подобные глупости:

– Какие пираты? Моря здесь нет, а на нашей речушке отродясь морских разбойников не водилось. Её во многих местах вброд перейти можно.

Джек ненадолго задумался, словно вспоминая, и сказал:

– Помню еще, говорили, здесь здание построить хотят. Завод кажется или типа того.

– В принципе, это не так важно, – подвел итог Михаэль. – Главное, что, скорее всего, этот Эндрю Вильсон больше вас не потревожит. Побоится. По крайней мере, я искренне на это надеюсь.

– А может, всё-таки здесь клад спрятан? – не унимался подросток.

Воодушевленный Джейсон мгновенно осекся под недовольным взглядом Чудного Джека. Ему сразу вспомнились все страшные рассказы про этого злого, жадного и нелюдимого человека. Одновременно и совесть проснулась: с чего бы владельцу фермы делиться с незнакомцами своим гипотетическим кладом? Но мальчишка взял себя в руки и решил немного загладить свою наглость.

– Впрочем, у вас тут везде сокровища, – искренне сказал он. – По всему двору. Я вот что нашел.

Джейсон бесстрашно поднялся по ступенькам на крыльцо и положил на колени старика длинный кинжал в старых потертых ножнах на не менее изношенном ремне.

– Мы не воры, – подросток спустился к Михаэлю, и, глядя на него, наигранно бодро спросил – Ну что, идем?

Вместо ответа журналиста, подросток услышал скрип ступенек за спиной, а затем рука старика легла на его плечо.

– Ну чего ты? Не обижайся, – повернул к себе мальчика Чудной Джек. – Я это сгоряча сказал. А нашел ты, действительно, сокровище. Я давно потерял кинжал, пару месяцев как. Уже и не чаял найти. Он принадлежал еще отцу моего дедушки. Считалось, что он обладает колдовскими способностями, как старинный артефакт. Хозяин фермы с улыбкой подмигнул зачарованно слушавшему Джейсону.

– Легенда, конечно, но, тем не менее, в каждой сказке есть доля правды. И если верить… Кинжал стал нашей семейной реликвией.

Старик нацепил перевязь на пояс ошарашенного подростка и кинжал в ножнах повис у того на бедре.

– Но я не могу, – через пару минут Джейсон обрел дар речи, но пояс с ножнами не снимал. – Это же ваша реликвия. А я совсем чужой.

– Я уже все решил, – возмутился старик, – так что не смей спорить. Да и кому я его оставлю? Детей у меня нет.