Двор мёда и пепла

– Мило! Мы охотились на снежного человека. Вы знаете, что в Треугольнике полным-полно этих тварей? Думаю, мы напали на след стаи по меньшей мере из десяти особей, прежде чем разразилась буря.

Брес кивнул.

– Мы бы с удовольствием послушали историю о двух могучих охотниках.

Горд и Гэри улыбнулись, сбросили меховую одежду и заняли центральное место у камина.

Рябинник скользнул назад и встал рядом со мной.

– Можешь меня простить?

Я искоса взглянула на него.

– Да. Но не жди, что я буду тебе доверять.

Он фыркнул.

– Справедливо.

Потом кивнул людям, несмотря на окружающих их фейри.

– Думаешь, мы им по-настоящему не нравимся?

Я пожала плечами.

– Многие люди боятся фейри.

Я знала, что мама их боялась и делала все, чтобы как можно дольше не подпускать меня к границе между нашими землями и землями волшебного народа.

– Серая, – полушепотом говорил Гэри. – Зверюга была серой от макушки до кончиков огромных лап, ее мех свисал, как борода старика, спутанный и в остатках еды, а зубы смахивали на сломанные кинжалы.

Несколько молодых фейри подались ближе, а я перестала слушать, о чем говорят у камина.

– Почему вам не нравятся фейри? – внезапно ворвался в разговор Тысячелистник.

Засранец.

Горд откинулся назад и посмотрел на Тысячелистника.

– Потому что в один прекрасный день они захотят вернуться к старым обычаям.

Я нахмурилась, Тысячелистник фыркнул.

– Каким таким старым обычаям?

– К тем временам, когда люди были их рабами, – сказал Горд.

Человек не ошибся. С тех пор, как фейри показались людям лет сто назад, сразу после Второй мировой войны, мы поддерживали старые поверья, что фейри не могут лгать и что мы нежный народец. Мы расселились по всему миру, чтобы жить небольшими группами – это помогало людям нам доверять, а в то время мы нуждались в их доверии.

Конечно, на самом деле фейри может лгать так же легко, как и любой человек. В чем Горд и Гэри были правы, так это в том, что фейри гораздо опаснее, чем мы признаемся. Особенно когда нас припирают к стене и остается только сражаться.

Эту истину мне предстояло воспринять всем сердцем.

3

Восемь лет назад я была полна предвкушения и нетерпения, и путешествие в Андерхилл казалось мне бесконечным.