Муза винодела

– Ага, никакого чувства момента, – согласилась с ней Симона, потягивая шампанское. – М-м-м… замечательно. Лучше бы сам попробовал, чем ворчать.

Она вовсе не была пьяна. Если Рафаэль немного расслабится, то и она сможет это себе позволить, и тогда появится шанс, что вечер пройдет без кровопролития.

Губы Рафаэля сжались, когда он взял со стола третий бокал. Было видно, что он испытывает жажду и чертовски зол. Может, она слишком поспешно распорядилась отнести бутылку на кухню?

– Это любимый сорт Люка, – заметила Симона.

– Супер, – коротко ответил Раф. – Но не думаю, что тебя интересует мое мнение.

– Решила выяснить. Так, на всякий случай. Мне часто приходится этим заниматься. Можно сказать, привычка.

– А чем, собственно, ты занимаешься, принцесса? Ну, кроме того, что отдаешь распоряжения, конечно.

Он опять нарывается. И плевать, что он прекрасен, как ангел.

– Да ничем особенным. – Она лениво махнула рукой. – Шатаюсь по окрестностям Кавернеса. Присматриваю за положением дел на виноградниках и в замке.

– Ты еще подбираешь персонал, – напомнила Габриель.

Симона покачала головой:

– Это обязанность Люка.

– Но ведь это ты предложила, чтобы Жозе подыскали работу где-нибудь в другом месте.

– А… – Симона сделала глубокий вдох. – Это… Ну да.

Долгое молчание Рафаэля насторожило ее. Его пристальный взгляд – еще больше.

– Ты уволила Жозе? – Голос его был очень мягок.

– Да. – Симона попыталась сохранить самообладание. Она уволила мать Рафа с должности, которую та занимала целых тридцать лет. Но у нее были на то серьезные причины. Рафаэль жил в Австралии и не мог понять, в каком положении оказалась бы Габи, став женой Люка, если бы Жозе осталась экономкой Кавернеса. – Я.

– Почему?

Этот вопрос требовал продуманного ответа. Несмотря на то что Раф уже несколько лет не поддерживал никаких отношений с Жозе, критиковать его мать неразумно.

– Потому что я хотела, чтобы она уехала из Кавернеса.

– Почему?

– Может, нам стоит закрыть эту тему?

– Слишком поздно. Мы ее уже открыли. Так почему ты уволила Жозе?

– Потому что настало время, – отчеканила Симона, проклиная его за то, что он требует правды, а ей очень трудно объяснить ему все. – Потому что я не собиралась спокойно сидеть и смотреть, как она будет отравлять жизнь Люку и Габриель.