Суверен

– Что ж, если расследование необходимо, мы поручим его брату Шардлейку и его помощнику, – решил Малеверер.

Покопавшись в складках своей мантии, он извлек большой железный ключ и положил его на стол. Я неохотно взял ключ в руки.

– Вот и все, что было найдено при мертвеце, – сообщил вельможа. – За исключением кошелька с несколькими серебряными монетами. Скорее всего, это ключ от его дома. Сообщите мне обо всем, что сумеете узнать. И помните, будет очень неплохо, если собранные вами факты подтвердят, что стекольщик погиб по собственной неосторожности.

Он улыбнулся, обнажив крупные желтые зубы.

– Я сообщу герцогу Суффолку, что дело будет улажено без лишнего шума.

– Но, сэр Уильям, я являюсь свидетелем, а закон гласит… – начал было я.

– Плевать я хотел на ваши юридические тонкости, – перебил меня Малеверер. – С этим делом надо покончить как можно быстрее. Я уже сказал: у нас слишком много хлопот, чтобы возиться с каждым мертвым работником.

– Но я прибыл сюда, дабы заниматься прошениями, поданными на имя короля, – осмелился возразить я.

– Мы все здесь крутимся словно белки в колесе, и вам придется взять с нас пример, – не терпящим возражений тоном заявил Малеверер. – Господин коронер, оставьте нас на несколько минут, – провернулся он к Арчболду. – И заберите его с собой, – махнул он в сторону Барака.

Оба поклонились и вышли. Устремленный на меня взгляд Малеверера был исполнен откровенной неприязни. Я недоумевал, чем мог возбудить подобное чувство.

– Вам ведь предстоит выполнить еще одно поручение? – прищурив глаза, спросил Малеверер. – В замке? Что вы таращитесь на меня, точно вытащенная из воды рыба? Да будет вам известно, я член Совета северных графств и нахожусь в курсе всех здешних дел. Надеюсь, у вас хватит ума понять, какая сложная ситуация здесь сложилась. В деле стекольщика вы должны повиноваться мне беспрекословно.

– Да, сэр.

Отправляя меня в Йорк, Кранмер упоминал о некоторых членах Совета северных графств, которые пользуются его особым доверием. Значит, одним из этих людей был Малеверер.

«Любопытно, известно ли ему, в чем обвиняют Бродерика?» – пронеслось у меня в голове.

– Что до вашего второго поручения, то, возможно, господин Редвинтер и в самом деле нуждается в присмотре.