Суверен

И ради этого нам нередко приходится пренебречь собственным покоем и безмятежностью, – добавил он, вперив в меня пронзительный взгляд.

Взгляд этот не оставлял никаких сомнений в ожидавшей меня участи. Если я откажусь от тайного поручения архиепископа, мне придется отказаться и от участия в разборе прошений. Значит, я не смогу выплатить по закладной, и отцовскую ферму придется продать за долги. К тому же я имел неосторожность нажить при дворе достаточно врагов, и прибавлять к их числу архиепископа было по меньшей мере опрометчиво.

Ловушка захлопнулась. Мне оставалось лишь повиноваться.

– Я согласен, милорд, – произнес я с тяжелым вздохом.

– Документы, подтверждающие ваши полномочия, будут отосланы к вам домой завтра, – с одобрительной улыбкой сказал Кранмер. – Я говорю о бумагах, которые позволят вам присоединиться к королевской свите в качестве законника.

Он взял со стола печать и вручил ее мне. Она оказалась чрезвычайно тяжелой.

– А это вы покажете Редвинтеру. Никаких писем не потребуется.

– Могу я сообщить моему помощнику Бараку о полученном от вас поручении, милорд?

– Да. Насколько мне известно, лорд Кромвель удостаивал этого человека своим особым доверием. Правда, по его словам, Барак отнюдь не является горячим сторонником реформ.

Архиепископ пристально посмотрел на меня:

– Как, впрочем, и вы. Вы ведь, кажется, изменили своим прежним взглядам.

– Милорд, ныне я стремлюсь честно заниматься своим ремеслом, и ничего более.

– Мне это известно. Как известно и то, что в прошлом вы были среди тех, кто надеялся привести Англию к религиозному обновлению.

Надеюсь, вы и поныне убеждены в том, что истинным главой английской церкви должен являться король, а не Римский Папа, – изрек он, по-прежнему буравя меня глазами. – Божьей властью король поставлен над своими подданными, дабы наставлять их на путь истинный. Когда король говорит, сам Господь вещает устами своего помазанника.

– Да, милорд, – произнес я, хотя никогда не разделял подобного убеждения.

– Помните: мятежники чрезвычайно хитры и опасны. Для того чтобы одержать над ними верх, необходимы суровые меры. Я никогда не являлся сторонником жестокости, но сейчас у нас нет иного выбора. Мы должны защитить то, чего нам удалось достичь. Впрочем, если мы намерены превратить Англию в истинно христианское и благоденствующее государство, нам еще предстоит немало потрудиться.

– Вы совершенно правы, милорд.

Губы архиепископа вновь тронула одобрительная улыбка.