Мертвая земля

Решающими уликами оказались ботинки Болейна и окровавленный молоток, найденные в конюшне?

– Заметьте, ключи от конюшни имелись только у самого Болейна, не считая, разумеется, слабоумного мальчишки-конюха. Никто другой проникнуть в конюшню не мог. К тому же стоявший там жеребец обладает крутым нравом – об этом упоминается в показаниях Болейна. Наверняка конь огрел бы чужака копытом.

– Согласен, улики против Болейна весьма серьезны. Но может быть, кто-то проник в конюшню, обойдясь без ключа? Например, подлез под дверь? Или, скажем, воспользовался дырой в крыше?

– В отчете констебля о дыре на крыше не говорится ни слова, – нахмурился Уильямс.

Я счел за благо сменить тему:

– Вопрос о том, по какой причине Болейн надругался над телом убитой жены столь чудовищным образом, напрашивается сам собой. У вас есть какие-нибудь соображения на этот счет, мастер Уильямс?

Коронер пожал плечами:

– Кто знает, что творилось тогда у него в голове? Одно ясно как день: внезапное возвращение Эдит привело Болейна в ярость.

– Согласен. И все-таки мой опыт доказывает: все, что лишено смысла, как правило, оказывается неправдой.

– Мой опыт доказывает другое, – проворчал Уильямс. – Чем старше я становлюсь, тем сильнее убеждаюсь: сплошь и рядом человеческие поступки вообще лишены здравого смысла. – Он устало улыбнулся и вновь вскинул на меня внимательный взгляд. – Вы уже побывали в Бриквелле?

– Пока нет.

Коронер вздохнул.

– Никто, – ответил он; я видел, что он не кривит душой. – Я уже пробовал выяснить что-нибудь относительно местопребывания Эдит два года назад, когда Джон Болейн обратился с просьбой признать его жену умершей. А мой предшественник пытался найти ее следы еще в тысяча пятьсот сороковом году, когда она исчезла. Но эта женщина словно сквозь землю провалилась.

– А ее родители? Они тоже ничего не знают?

– Нет. Эдит не подавала им никаких вестей. Впечатление такое, словно она забилась в нору и просидела там девять лет. – Мгновение помешкав, он добавил: – Помню, когда я принимал дела у своего предшественника – теперь он уже покинул этот бренный мир, упокой Господь его душу, – тот рассказал мне об этом случае. И упомянул, что хотел бы хорошенько расспросить одну женщину. Но и она тоже бесследно исчезла.