Горбун лорда Кромвеля

Погода не слишком подходящая, чтобы вести беседы на открытом воздухе.

Высоко держа лампу, брат Гай повел нас меж надгробных камней.

По пути я спросил его, была ли заперта дверь в кухню тем злополучным утром.

– Да, – последовал ответ. – Точнее, была заперта дверь в маленький коридорчик, ведущий в кухню. А сама кухня была открыта, ведь попасть туда другим путем невозможно. Стоило мне войти в кухню, я сразу поскользнулся и едва не упал. Опустил лампу пониже, чтобы осветить пол, и увидел обезглавленное тело в луже крови.

– Доктор Гудхэпс тоже сказал, что поскользнулся, едва вошел в кухню. Значит, кровь еще не успела засохнуть?

– Да, кровь была еще совсем жидкая, – подтвердил монах.

– Из этого следует, что убийство совершилось незадолго до того, как вы вошли в кухню?

– Судя по всему, это так.

– Однако вы никого не видели ни во дворе, ни в коридорах?

– Ни единой души.

Я с удовольствием убедился в том, что моя отдохнувшая голова работает с прежней четкостью, выстраивая логические цепочки мыслей.

– Кто бы ни убил Синглтона, он, несомненно, сильно испачкался в крови, – заявил я. – Пятна крови наверняка попали на его одежду. И следы он должен был оставлять кровавые.

– Я не видел нигде ни одного кровавого следа, – покачал головой брат Гай. – Но признаюсь честно, я их и не высматривал. В те минуты мне было не до того. А потом, когда поднялся весь монастырь, искать следы было уже поздно. В кухне перебывало множество народу, и они оставили кровавые отпечатки ног повсюду.

Я на несколько мгновений задумался и предположил:

– В то время как вы подняли тревогу, убийца мог скрыться в церкви. Там он осквернил алтарь и похитил мощи. Возможно, вы или кто-нибудь другой заметили кровавые следы, ведущие через внутренний двор к церкви или внутри самой церкви?

– Церковь вся была залита кровью, – напомнил брат Гай. – Кровью принесенного в жертву петуха. Что до внутреннего двора, перед самым рассветом пошел дождь, который продолжался весь день.

– А что вы сделали после того, как обнаружили тело?

– Побежал к аббату, разумеется. Вот мы и пришли.

Брат Гай подвел нас к самому вместительному склепу, стоявшему на небольшом возвышении. Подобно большинству монастырских зданий, он был возведен из желтого известняка.

Я моргнул, чтобы стряхнуть снег с ресниц.

– Что ж, брат Гай, войдем внутрь, – произнес я самым невозмутимым тоном.