Руины из роз

Приглушенный лунный свет просачивался сквозь потертые занавески, и я могла разглядеть лишь повернутое ко мне лицо сестры и ее округлившиеся от страха глаза. Она знала, что означает этот кашель.

– Все в порядке, – заверила я ее, свешивая ноги с края кровати. – Все в порядке. У меня есть эликсир. Запасы еще не закончились.

Сейбл кивнула, садясь и подтягивая простыни к груди.

Ей только исполнилось четырнадцать – столько же, сколько было мне, когда я чудом спаслась от Чудовища, но все равно потеряла бабулю.

Сейчас все было по-другому. Все это время я усердно трудилась над созданием особого, разработанного лично мной, эликсира из ростков эверласса. Я все еще не научилась полностью излечивать болезнь, возникающую из-за проклятия, но мой эликсир резко замедлял ее течение и снимал большинство симптомов. Благодаря этому, а также тому, что я дала рецепт жителям деревни и научила их готовить лекарство, в этом году мы потеряли только одного человека. Скорее бы уже закончилась зима и весна оживила наши огороды! Растения впадали в спячку зимой, и новые листья на них не появлялись.

Мой старший брат, Хэннон, толкнул дверь и заглянул в комнату. Его рыжие волосы закручивались вокруг головы, как торнадо. На бледном лице темнела россыпь веснушек. В отличие от меня, брат не покрывался загаром так легко. Он словно состоял из двух цветов: белого и красного.

– Финли, – позвал он, но затем понял, что я уже встала.

Оставив дверь открытой, брат ждал меня в коридоре.

– Ему стало хуже, – тихо проговорил Хэннон, когда я вышла к нему. – Он долго не протянет.

– Он продержался с болезнью дольше, чем кто-либо другой. И он еще поживет. Недавно я внесла изменения в рецепт. Все будет хорошо.

Я хотела зайти в спальню отца, расположенную рядом с моей, но брат остановил меня, положив руку мне на плечо.

– Его дни сочтены, Финли. Как долго это может продолжаться? Он страдает.

– Это только потому, что у нас остались жухлые листья эверласса. Как только наступит весна, все станет лучше, Хэннон, вот увидишь. Я найду для него лекарство. Он не присоединится к бабуле и маме в потустороннем мире. Нет. Я найду лекарство. Я обязательно это сделаю.

– Единственное лекарство – это снять проклятие, и никто не знает, как это сделать.

– Кто-то да знает, – тихо возразила я, открывая дверь спальни отца.