Девушка полночи

Саша видела фотографии его в молодости и была крайне удивлена тем, что в те времена он сходил за денди. Правда, его сегодняшний гардероб в основном был именно из той самой эпохи, то есть из восьмидесятых. Главным его грехом было чревоугодие. Она хорошо знала Тома, и ей было известно, что он очень переживает о том, как выглядит, но одновременно делает все, чтобы уничтожить остатки своего обаяния ночными нашествиями на холодильник. При такой тучности остальные мелочи уже не имели значения. Близоруко прищуренные глаза (очки он не носил из-за лени), некогда точеный нос, теряющийся теперь в налитых щеках.

– Ты постригся, – мурлыкнула Саша, стараясь выжать из себя что-то большее, чем вежливость. – Интересная прическа.

– Универсальная, профилирующая. – Том еще сильнее растрепал волосы. – У меня новая парикмахерша. Немного похожа на тебя.

– Ты флиртуешь со мной? – спросила Саша, смеясь.

Его губы растянулись в улыбке.

– Просто очень переживал за тебя и малышку. Как квартирка? У тебя есть диванчик?

– Перейди на ан-глий-ский, – потребовала она. – И не перегибай с уменьшительными формами, это ужасно! Нет у меня диванчика!

– Я постоянно думаю о том, правильно ли ты поступила. Еще столько работы впереди, – сетовал он, – здесь, на месте, тебе было бы проще. Взять хотя бы исследовательскую группу, обсуждения со мной и Дэвидом.

– Перестань, Том, – прервала она его. К ее удивлению, профессор послушно замолчал. – Справлюсь. Собственно, докторская мне нужна только для того, чтобы получить степень. Я приняла решение. Ухожу. Хватит мне трупов, хватит этой беготни вокруг преступности. Бумажка. Она поможет выставлять более высокие счета, понимаешь?

Том что-то сказал, но Саша не услышала. Добавила несколько децибел.

– Ты знаешь, что такое счета, правда?

Том махнул рукой.

– Я понимаю даже разницу между нетто и брутто, ты меня недооцениваешь.

– Ты мой мэтр. – Саша улыбнулась. – А теперь перестань, я все равно всегда делаю то, что хочу.

– Ты уверена?

– Да. – Она протяжно зевнула. – Я валюсь с ног. Давай созвонимся завтра, хорошо?

Абрамс был разочарован.

– Я говорил с Дэвидом, – начал он. – Мы все еще думаем о твоем географическом профайлинге. Может быть, займешься этим после нарративов?

– Том! Ведь ты же знаешь, как я это ненавижу.