Домик в деревне

От этого создавалось ощущение, что само зеркало светится призрачным светом, заливая им всю комнату и образуя вокруг девочки светящийся ореол. Юля замерла. На секунду ей показалось, что в зеркале отражается чужая девочка с двумя косичками, так же, как и Лера, протягивающая руку ладошкой вперед с другой стороны зеркала.

Зажмурившись и мотнув головой, Юля вгляделась в зеркало. Там отражалась Лерка, стоящая с чуть приоткрытыми глазами и рассыпавшимися по плечам темными, не слишком длинными волосами. Выдохнув, Юля тихонько подошла к дочери и присела перед ней на корточки.

– Лер… Лерчик… – тихонько позвала она дочь, беря ее за руку. Девочка не реагировала. Она дышала глубоко и сонно.

Юля аккуратно подхватила дочь на руки и отнесла в постель. Повернув девочку на бок и укрыв ее одеялом, девушка села на край кровати и уткнулась лицом в ладони. Ее плечи затряслись от сдерживаемых рыданий. Не выдержав, Юля, боясь разбудить дочь, судорожно всхлипывая, бросилась в ванну.

Утром, аккуратно попытавшись расспросить девочку, мать поняла, что та ничего не помнит. Решив не акцентировать на этом внимание, девушка перевела тему разговора на приближавшийся день рождения, предложив провести его в аквапарке, что вызвало горячее одобрение у дочери.

* * *

Через пару дней, выйдя с Лерой на вечернюю прогулку, Юля увидела Катю, разговаривавшую с соседкой. Подойдя к ним и поздоровавшись, девушка хотела забрать Настю и пойти с детьми на горку, но теть Шура ее остановила.

– Витька-то помер, знаешь? – с тревогой спросила она, обращаясь к Юле.

– Какой Витька? – не поняла девушка.

– Игнатов. У которого ты участок купила.

– Да? Надо же… Вроде он не очень старый был… Хотя пил он сильно. От водки умер? – нахмурившись, спросила девушка.

– Да нет, не от водки… Достала его Аринка, видать… Повесился он третьего дня. Не выдержал, бедняга… Он ведь и пил потому, что она ему жизни не давала совсем. Как еще столько прожил-то? – покачала головой женщина.

– Аринка? – удивилась Юля. – Мне показалось, он один жил… Хотя… Если вдвоем пили, не удивительно.

– Да жил-то он один… – вмешалась в разговор Катя. – Кто же с ним жить-то станет? А Аринка – это внучка Левонихи. Она к нему приходила. Последний же он из Игнатовых-то. Ой, что же теперь будет-то? Может, уедешь, пока не поздно? – Катя с надеждой взглянула на девушку.

– Кать, ты опять? Никуда я не поеду. И потом – бред это полнейший.