Школа для неуравновешенной богини

Теперь я понимаю, как раньше можно было подслушивать и плести интриги. А для прислуги вместо телевизора, развлечение. Вот и я засела в такой кладовой со швабрами и тряпками, ожидая, когда же мистер Шварц покинет аудиторию. Как обычно нудности ему не занимать. Как напыщенный пингвин: всегда в клетчатом костюме с бабочкой, зализанные к затылку волосы, и гнусавый говор с немецким акцентом, и главное всегда чопорный. Хоть пожиратели и перестают стареть в возрасте 25 лет (примерно) но он выглядит на все сорок.

Его манеры заставляют задуматься о том, из какого столетия он сбежал? В силу специфики происхождения, нам приходится менять место жительства каждые двадцать тридцать лет. В больших городах конечно проще, достаточно переехать в другой район и сменить рабочее место. Но вот в провинции, надолго не засидишься, могут и заметить задержавшуюся моложавость.

Вот сижу я тут, в укромном уголке, слушаю монотонный голос господина Шварца, и не замечаю, как начинаю кунять. Видать не стоит засиживаться до поздней ночи, вот веки тяжелые, ручки свинцовые, и монолог преподавателя срабатывает как колыбельная.

– Оля! Оля, ты тут? – раздался тревожный женский голос в коридоре.

– Блин, ну это последнее место, где она может быть.

Я от неожиданных возгласов над ухом немного пошатнулась и с грохотом свалилась на пол, а сверху посыпались швабры и веники, зазвенело пустое ведро.

– Вааа! Что случилось? – я судорожно оглядывалась по сторонам.

Дверь кладовки, в которой я пряталась, скрипнула, и внутрь заглянули две фигуры.

– Ну, наконец-то!!!! – с дрожащим голосом зашептала Ксюша.

– Где я? – по ходу дела я потерялась в пространстве, мотала головой и чуть не начала икать.

Валенсия Пинкертон откопала меня из-под завала уборочного инвентаря, помогла встать, и тревожно кивая головой повторяла: «Ой, господи! Как же ты так?». Она была девушкой в теле, и часто напоминала мне тетушку из булочной, в которой мы иногда закупали выпечку на выходных.

– В подсобке… вставай!!! Ангелина Вениаминовна сказала, что ты в школе и велела тебя привести, в конце концов, прогуливать целый день без уважительной причины это уже перебор!

Ксюша причитала как старая ворчливая бабка. А Валенсия все так же повторяла свою коронную фразу, отряхивая мою форму.

– А… Ну да… Блин! – я потерла ушибленное причинное место, и скрепя швабрами все же поднялась. Мой, недавно приведенный в порядок, внешний вид вновь пострадал.