Время библиомантов. Противостояние

Должно быть, с одной из таких полок Кэт и стащила мумифицированную руку какого-то библиоманта, которую отдала Финниану. Здесь хранились и кое-какие книги, но немного: для книг предназначалась отдельная библиотека. Они уже дошли до центра зала, как вдруг кто-то схватил Фурию сзади. Изида, предупреждающе зашикав, потащила её к одному из шкафов.

– Финниан! – шёпотом окликнула она.

Тот оглянулся, перевёл взгляд, куда она указывала – к потолку, и прижался к полкам рядом с Фурией. Под куполообразным стеклом что-то подрагивало, едва различимое на фоне паутины из железных прутьев.

Крошечное существо, не больше стрекозы. В следующий миг к нему присоединились ещё четыре точечки – все на равных расстояниях друг от друга.

– Оригами, – прошептала Изида, – но не из наших.

Фурия думала, что они водятся только в книжных катакомбах их резиденции; первых оригами вывели её предки, чтобы те съедали пыль с полок. Правда, скоро Ферфаксы утратили контроль над своим детищем. Оригами принялись буйно размножаться и теперь ютились тысячами в бесконечных проходах.

Позднее Ариэль и Изида приняли решение некоторых из них приручить и использовать как почтальонов. То, что и Мардук выдрессировал из своих оригами лазутчиков, явилось полной неожиданностью.

– Что-то уж очень много библиомантики, – заметила Изида, – такого здесь быть не должно.

– Ты мог бы нас о них предупредить! – шепнула Фурия Финниану с упрёком.

– А я и сам был не в курсе, – стал оправдываться он. – Вполне возможно, что Мардук выпускает их только здесь, в этих залах.

– Кэт о них тоже ничего не говорила, – произнесла Фурия задумчиво.

Стайка из пяти птичек-оригами проплыла высоко над их головами. Однако Фурия смогла различить их сложенные из бумаги контуры, заострённые крылышки и угловатые туловища.

Прежде чем Изида успела расстегнуть крючки на корсаже, Фурия, распахнув свою сердечную книгу, уже расщепляла страничное сердце. Между листами её тлели скрижали, напоминая металлический орнамент в огне кузнечного горна.

– Давай-ка этим займусь я, – предложила она Изиде и сосредоточилась на пяти крошечных точках под потолком.

Стайка как раз перестроилась, превратившись в широкий клин, и теперь пошла на снижение.

Во время чтения сокровенных слов внутри страничного сердца у Фурии перехватило дыхание, и потому читала она так тихо, что даже стоявший рядом Финниан ничего не мог разобрать.

Птичку в центре охватило пламя; она качнулась к соседке – огонь перекинулся и на неё.