Время библиомантов. Начало пути

Он побежал вниз по лестнице, а затем они услышали крик незнакомца, доносившийся с первого этажа:

– Старик Ферфакс лежит мёртвый в своём кабинете!

Ему ответил женский голос, но слов лампа не разобрала. Тон показался ей очень резким. Через несколько мгновений по ступенькам поднялась изящная женщина в чёрном. Мужчина следовал за ней.

На верхней ступеньке она остановилась, будто что-то заподозрив, и посмотрела на настольную лампу и кресло. Те затаили дыхание. Женщина внимательно оглядела их, а затем указала на южный коридор, начинавшийся прямо здесь.

Мужчина кивнул в сторону северного крыла:

– Это там.

Женщина чуть замешкалась, а затем последовала за ним по коридору. Когда двое незнакомцев исчезли из виду, кресло тихо вздохнуло:

– Они сожгут весь дом вместе с нами.

– До этого пока не дошло.

– Мы будем отлично гореть, точно так же, как ковры, столы, картинные рамы и…

– Замолкни наконец!

– Всё сгорит, я тебе говорю. Тебя вытащат из-под завалов в виде погнутого куска металла, а от меня совсем ничего не останется.

– Хватит ныть, лучше пораскинь мозгами! – прошептала лампа. – Где могли спрятаться Фурия и мальчишка?

– В парке? – Кресло задрожало всеми своими подушками. Сама идея открытого пространства была ему ненавистна (оно и так постоянно думало о той мебели, которую сносили вниз на улицу и продавали непонятно кому).

– Вряд ли, – ответила лампа. – Оттуда приходят чужаки. – Она немного вытянулась и заглянула в северный коридор.

Женщина всё ещё была в кабинете вместе со своими сопровождающими. Действительно ли хозяин был мёртв? Эта мысль казалась совершенно невероятной.

– Фурия и Пип побегут наверх, – вслух рассуждала лампа. – Ты помнишь чердак? – Это был вовсе не риторический вопрос, потому что память у кресла была далеко не идеальной; они вместе провели там, наверху, много лет в затхлом, душном углу, пока их не обнаружила Фурия и не упросила Вэкфорда спустить в её комнату. – На чердаке есть где спрятаться.

– Что случилось с хозяином? – спросило кресло.

Лампа недолго помолчала.

– Знаешь, что я думаю?

– Ну-ка, просвети меня.

Она нагнула свой металлический конус, размышляя, как у этого неповоротливого бегемота вдруг прорезалось чувство юмора.

– Я думаю, – уверенно сказала она, – что в этом деле по уши замешан водитель. Этот Сандерленд.

– Ты ведь его не знаешь.

– Но Фурия его терпеть не может.

– Хм-м!.. – задумчиво хмыкнуло кресло.