Время библиомантов. Начало пути

– Твоя сердечная книга найдёт тебя, даже не сомневайся.

Его собственная книга хранилась в специальном кожаном футляре, который он носил на поясе, – из него выглядывал маленький томик, всего в палец толщиной. Не все библиоманты носили свои сердечные книги с собой, но Тиберий не расставался со своей ни на миг, чтобы в любой момент защитить семью, если агенты Академии нападут на её след.

Фурия постучала по кожаному футляру пальцем.

– Когда ты был в моём возрасте, у тебя давно уже…

– Я был ранней пташкой, – перебил Тиберий.

 – Некоторым приходится ждать до девятнадцати-двадцати лет, а бывает, что и того больше.

– Двадцать лет! – Фурия глубоко вздохнула.

– Но с такой же вероятностью это может случиться и завтра. – Он улыбнулся. – Или даже сегодня ночью.

Девочка заметила блеск в его левом глазу и от всей души пожелала увидеть эти искры не только во время разговора о книгах или библиомантике. Возможно, сейчас Фурия слишком волновалась и несправедливо винила отца, но ей казалось, что, не будь в ней задатков библиоманта, Тиберий любил бы её гораздо меньше.

«Примерно, как Пипа», – думала иногда Фурия. Можно ли иначе объяснить поведение их отца, который лишь наблюдал за тем, как его сын всё глубже погружается в свои страхи, прибегая к глупому клоунскому гриму в качестве защиты?

– Сегодня ночью? – повторила она.

Довольная улыбка озарила его лицо. Однако она не могла скрыть следы усталости – Тиберий выглядел старым, действительно старым, хотя и слегка оживлённым.

Ему было шестьдесят, молодым назвать его было трудно. Иногда отец казался Фурии невероятно хрупким, невзирая на то, что был почти такого же крупного телосложения, как Сандерленд, и в его седине и широких плечах чувствовалась какая-то неуловимая дерзость. Повязка на правом глазу и бородка, а также огромные ладони усиливали это впечатление. Перьевая ручка, длинная, как стручок спаржи, была сделана для него на заказ. Как и у всех опытных библиомантов, его кожа давно утратила запах тела – и кожа, и густые вьющиеся волосы пахли книгами.

– Операцию начинаем ровно в полночь, – сказал он. – Всё готово.

Сердце Фурии тревожно забилось, но она быстро взяла себя в руки.

– Как долго ты уже к этому готовишься?

– Несколько дней.

На самом деле это означало несколько недель. Фурия догадывалась, что уже несколько месяцев отец работает вовсе не над «Руководством Хансарта».