Время библиомантов. Начало пути

– Мне не следовало этого говорить. Ты меня не слушай. Наверное, я слишком часто брожу в одиночестве по холмам.

– Возьми с собой Вэкфорда, – предложила Фурия. – В следующий раз, когда соберёшься, пригласи его.

– Ты действительно думаешь, что это хорошая идея?

– Конечно.

– Он скажет, что у него полно дел. – В уголках глаз Паулины появились крошечные морщинки, которые проявлялись, лишь когда она улыбалась. – Какой же он всё-таки застенчивый…

Они снова улыбнулись друг дружке, и Паулина поцеловала Фурию в лоб.

– И не позволяй отцу распоряжаться собой. Он очень любит тебя и гордится тобой. Возможно, у него не очень получается это показать, но ему…

– Нужен преемник.

Паулина покачала головой:

– Дело не только в этом, ты и сама всё прекрасно знаешь.

Фурия снова обняла её и сделала несколько шагов к двери холодильной камеры.

– Кажется, мне надо поторапливаться. Интересно, что у него на уме на этот раз.

– Конечно.

Голос Паулины был всё ещё задумчивым, но уже не таким грустным.

На крючке у входа в холодильную камеру висели две мягкие варежки. Фурия надела их и взяла из ящика молоток и зубило. Затем нажала на ручку двери. Та с шипением отворилась, и на кухне повеяло арктическим холодом.

Фурия подставила под дверь подпорку и проскользнула внутрь. Продуктов на полках было совсем немного, они вполне могли бы поместиться в обычном холодильнике. Но этот холодильный блок являлся частью резиденции точно так же, как и библиотека, и римские развалины в парке.

Иссиня-чёрный куб стоял в самом дальнем углу, на грубой деревянной раме. Когда-то эта была огромная ледяная глыба размером с кубический метр. Но на протяжении многих лет от него с левой стороны откалывали кусок за куском, и теперь этот куб уменьшился почти на треть. С виду он был похож на чёрный карьер.

С помощью молотка и зубила Фурия отколола пару кусочков льда и положила в миску. Если их растопить, то получится несколько ложек невидимых чернил.

Когда Фурия вышла из холодильной камеры, закрыла её и положила на место молоток, зубило и варежки, Паулина даже не повернулась. У порога кухни девочка оглянулась:

– Я не уйду, Паулина. Никогда.

– А вот следовало бы. И подальше, чтобы Академия тебя не нашла.

– Я её не боюсь.