Время библиомантов. Книга крови

В середине стоял тяжёлый дубовый стол, рядом с ним – стул с высокой спинкой, обтянутый тёмной кожей. Стены комнаты были заставлены книжными шкафами, битком набитыми книгами.

Аттик не дал себе труда поставить фолианты, которыми он пользовался, обратно на полки. На столе лежало полдюжины массивных томов. Это обстоятельство могло значительно облегчить Изиде и Дункану их задачу.

Дункан прошёлся вдоль шкафов, скользя взглядом по кожаным корешкам, в то время как Изида подошла к столу. Последнюю книгу, которой пользовался Аттик, он закрыл.

Дункан задержался возле пустого места на одной из полок, где, по всей вероятности, и стояли тома, которыми пользовался Аттик. Забывшись, Дункан провёл рукой по этой полке, читая заглавия соседних книг с золотым тиснением.

– На каждой книге стоит имя кого-то из семейства Ферфакс, – сообщил он. – Здесь только женские. Эмма Ферфакс. Антония Ферфакс. Матильда Ферфакс. Для каждой – по отдельному тому. – Дункан сделал шаг влево. – А тут начинаются другие фамилии.

– Книги, посвящённые мужчинам из рода Ферфакс, на столе. – Изида внимательно рассматривала корешки книг. Сверху лежали тома, озаглавленные «Джулиан Ферфакс» и «Август Ферфакс». Три остальных имени в стопке ничего ей не говорили, но она предполагала, что это были какие-нибудь дяди или двоюродные братья: Реджинальд, Уолтер и Бернард Ферфакс. Она взяла книгу, лежащую отдельно, и перевернула её, чтобы прочитать заглавие: «Кассий Ферфакс». Дедушка Фурии.

– Значит, это правда… – прошептал Дункан.

Изида опустилась на стул. Кожаное сиденье было твёрдым как камень, подлокотники густо покрывала пыль. Вероятно, во время чтения Аттик склонялся над книгой, опираясь локтями на стол. Она последовала его примеру.

Дункан приблизился к ней, остановился и на всякий случай открыл свою сердечную книгу.

– Ты уверена, что никаких других защит или ловушек здесь нет?

– Я ни в чём не уверена. Но я надеюсь, что основная их часть сосредоточена в зале наверху. Мы узнаем это наверняка, только когда откроем одну из книг.

– Кстати, – заметил Дункан, – если ночная охрана…

– Проход им не виден. Он проступает, только если использовать слово-разгадку.

Дункан шумно выдохнул. Изида не понимала, почему его так беспокоит это место. Много лет Дункан работал на Аттика и Академию, потом, после своего дезертирства, занимался контрабандой и продажей книг, вызывающих привыкание, в осколке убежища Портобелло.