Нажми на «Play»

– Нет, я…

– Перестань смотреть на мое плечо, Энн. Посмотри мне в лицо, – приказал он.

– Я и смотрю в лицо!

– Боишься, что опять вытаращишься безумным взглядом?

– Может быть. – Я раздраженно прищелкнула языком. – Ты всегда так издеваешься над поклонницами?

– Нет. Я и представить не мог, как это весело.

Моя рука повисла между нами в воздухе. Я уже собиралась убрать ее, когда он схватил меня за руку. Я пристально уставилась ему в лицо, решив на этот раз не терять самообладания. Проблема с Мэлом Эриксоном заключалась в том, что он был физически безупречен.

Ни единый изъян не портил его, ни большой, ни маленький. Однако, если он продолжит меня доставать, я это подправлю.

– Чего ты так смотришь? – спросил он, наклоняясь ко мне. – О чем ты думаешь?

У меня все внутри сжалось, любые мысли о насилии испарились.

– Ни о чем.

– Хм. Лгунья из тебя не очень.

Я попыталась вырваться из его хватки, но он крепко держал меня за руку.

– Еще один короткий вопрос. Часто у тебя в отношениях с подругами приключается подобное дерьмо?

– Что?

– Дело в том, что, когда ты разговаривала по телефону с еще одним своим другом, мне так показалось.

 – Он навис надо мной, заслоняя ночное небо. – Кажется, твоя проблема в том, что люди тебя используют.

– Я не собираюсь это обсуждать.

Я вывернула руку, пытаясь освободиться. Даже с потными ладонями это оказалось невыполнимой задачей.

– Ты заметила, что твой приятель попросил об одолжении, даже зная, что ты расстроена из-за предательства подруги? Что ты об этом думаешь?

Я дернула руку, но он держал крепко.

Интересно, насколько силен этот сукин сын?

– Я считаю, что это был низкий поступок. Между нами говоря, похоже, Энн, у тебя не очень хорошие друзья.

– Эй. У меня замечательные друзья.

– Ты что, блин, издеваешься? Они кидают тебя и ждут, что ты будешь решать их проблемы, даже когда ты сама по уши в дерьме. Серьезно, цыпа. Так поступают только мудаки.

– Мэл…

– Но что еще хуже, ты им это позволяешь.

И вот этого я не понимаю.

– Ничего я им не позволяю.

– Да конечно! – он повысил голос. – Еще как позволяешь.

– Господи боже мой, ты не мог бы перестать орать?

– Это ужасно! Я потрясен до глубины души! – закричал он, посвящая весь чертов район в подробности моей жизни. – Это должно закончиться! Я не стану этого терпеть. Слышишь меня, Портленд?

– Отпусти меня, – процедила я сквозь стиснутые зубы.

– Вы, мисс Роллинс, просто половая тряпка.