Импровизация в Вегасе

Дэвид молчал.

– Нет, твои отношения с поклонницей, это не мое дело. Конечно.

Он повернулся и зашагал в другой конец ванной, его движения были напряженными, сердитыми. Несмотря на то что ванная была в пять раз больше моей дома, тут все равно не было достаточно места для такой разборки. И он оказался между мной и дверью. Внезапно уйти – это кажется весьма разумным шагом.

– Я просто попросил их разобраться с документами, – сказал он.

– Да, они это и делали, – я уперла руки в бедра, стоя на своем. – Мне не нужны твои деньги.

– Мне передали. – Его лицо не выражало никаких эмоций. Мои слова не вызвали у него ни капли скепсиса или насмешки, которые были у тех хулиганов в костюмах. К счастью для него. Сомневаюсь, что он мне верит, но по крайней мере он готов притворяться. – Они готовят новые документы.

– Вот и хорошо, – я пристально посмотрела на него. – Тебе не нужно мне платить. Не делай больше подобных предположений. Если хочешь что-то знать, спрашивай. И я даже не собиралась продавать эту историю прессе.

Я бы так не поступила.

– Хорошо, – он прислонился к стене, откинул голову назад и уставился в пустоту. – Извини, – он будто просил прощения у потолка. Уверена, штукатурка оценила это по достоинству.

Я не ответила, и ему все же пришлось посмотреть на меня. Должно быть, это неправильно или, по крайней мере, аморально быть таким красивым. У обычных людей не было ни единого шанса. Мое сердце замирало каждый раз, когда я смотрела на него. Нет, это неподходящее выражение.

Все внутри меня рушилось.

Почему тут нет Лорен, она бы сказала, что я излишне драматизирую – мне так это сейчас нужно.

– Прости, Эв, – повторил он. – Знаю, что последние сутки – сплошное дерьмо. Я предложил уехать отсюда ненадолго, потому что хочу попытаться это исправить.

– Спасибо, – ответила я. – И спасибо, что пришел сюда, чтобы поддержать меня.

– Да не за что.

Он посмотрел на меня в этот раз без опаски. Искренность в его глазах вдруг заставила меня изменить свое мнение – короткая вспышка чего-то большего.

Печаль или одиночество, не знаю. В его взгляде читалось прошлое изнеможение, которое ушло прежде, чем я смогла понять. Но оставило свой след. В этом человеке есть что-то гораздо большее, чем красивое лицо и громкое имя. Мне нужно помнить об этом и ничего самой не надумывать.

– Правда хочешь, чтобы мы поехали? – спросила я. – Серьезно?

В его глазах блеснула радость.

– А почему нет?

Я осторожно ему улыбнулась.