Темное Дело

– Я втираю? – встрепенулся Афоня, словно его задели за больное место – Да что б мне сдохнуть, если я вру!

– А кто не хочет слушать может телевизор смотреть, – строго выговорила Соня, – Продолжайте, Афанасий, не обращайте внимания на невоспитанных людей.

Рассказчик облегченно вздохнул и продолжил:

– Вот, как вас сейчас вижу, так и их видел. Как выскочат, как на меня ринуться. Один мне сразу на голову прыгнул. А ведьма кричит: «Хватай его! Держи, крепче! Сейчас я его ковшом шваркну!» Ну, тут признаюсь, я, мужики, струхнул.

– Откуда они взялись, черти? – удивилась Соня.

– От нее, от ведьмы, – пояснил пострадавший и добавил, – Из шестой квартиры.

– Они там кантуются, что ли? – еле сдерживая себя от смеха поинтересовался Федор, бросая косые взгляды в сторону Сони.

– Дурак, – парировал Афоня, – Их ведьма на меня наслала. Каждый раз как не приду к нему, к Кирилычу, все талдычит в коридоре и талдычит. Талдычит и талдычит. Вот и доталдычилась.

– Что значит талдычит? – поинтересовался Иван Моисеич.

– А черт ее знает, – пожал плечами рассказчик, – Бубнит что-то такое «бу-бу-бу», да «дым-дым-дым». Ее не разберешь, ведьму. Талдычит, да ругается. Не нравится ей, что я к нему, к Кирилычу, в гости захожу часто.

– Это что, телка корефана твоего, что ли? – уточнил Федор.

– Не дай бог с такой телкой знаться, – срезал Афоня, – Тебе ее в постель, что б всю жизнь с ней барахтался. Ясное дело соседка его, подлая ведьма. Кондрат ее забери. Жена то у него, баба нормальная, с пониманием. Хотя, она ему не жена, а сожительница. Но считай, что жена. Иной раз и сама предложит. Особенно если по празднику. А эта, тварь, все талдычит да талдычит. Что б ей сдохнуть. Вот выйду, башку ей паршивую обязательно оторву, суке.

– Откуда известно, что она ведьма? – спросил Иван Моисеич.

– А кто же она еще? Кто чертей на меня натравил. Кто кричал «Держи его!» На кого, спрашивается, они выскочили? На меня. От кого, спрашивается? Ясно дело – от нее. Не от другана же моего, Кирилыча. И не от Верки, жены его. И не от соседей этажом выше. Кроме нее, больше не от кого. К тому же она давно грозилась меня, Кирилыча и Верку из квартиры выкинуть.