Легенда о Пустошке

Войти в семью антиквара на правах члена, а после смерти патрона взять полностью дело в свои руки. Сыновей Натана Григорьевича он всерьез не воспринимал. Слишком они избалованы, не меньше сестры. Привыкли все получать сразу, немедленно. Им не хватало усердия и такта. Особенно там, где требовалась большая выдержка, главным образом в разговорах с пожилыми людьми. Станислав видел, как они злятся на несговорчивую старушку, упорно настаивают на своей цене, ругаются почем зря, вместо того, чтобы поговорить с ней о трудностях жизни, расположить к себе и затем уже облапошить.

И та уходила от них обиженная, уносила с собой свою безделушку, лишая возможности получить с нее неплохой навар.

Вот Натан Григорьевич другое дело. Он само обаяние, выдержка и кураж. Он может бесконечно любезничать с самой последней падалью, если разговор касается удачной сделки. И оставаться безучастно жестоким к тем, кто пытается развести его на деньги. Кроме дочери, конечно. Но это семейные терки. У него есть чему поучиться. Мастер своего дела.

Первостатейнейший лицедей.

Подняться до вершин своего учителя, превзойти, вырваться вперед и покорить мир, вот основные мотивы, неумолимо толкавшие бедного юношу в скользкую грязь за воплощением мечты.

* * *

В сельмаге деревни Селки Станислав обратил внимание на губастого маленького мужичонку с разлапистыми грязными руками, жалостно созерцавшего большими собачьими глазами ровные ряды недоступного фабричного зелья. Перекинулись парами фраз. Возможность сравнительно легко отовариться моментально настроила того на общительный лад и вскоре он весьма охотно сменял потрепанную старухину икону на сто полновесных рубликов.

Мужичку было тоскливо, душа просила культурной беседы. Променяв чуждый лик неясного существа, ничего хорошего в этой жизни не давшего, на три бутылки дешевой водки, он охотно поведал залетному пареньку про всех окрестных обитателей, ни за грош сдав их пороки и тайные страсти.

Про Марью Петрову рассказал почти сразу, как только узнал о цели визита хорошего городского человека.

– Этого добра у ней много. Самые разные. Какие хошь. Но… – многозначительно почесал мужичок грудь под промусоленным пиджаком, – Баба она вредная.

– Чем же она вредная? – поинтересовался Станислав.

– Увидишь, поймешь. Не любит нашего брата.

– Это почему?

– Ведьма. Вот почему.

– Да ну? – удивился начинающий антиквар, – Настоящая?

– А то как же?

– И на метле летает?

– Этого сказать не могу. Не видел. Зря врать не буду.